Интернет-журнал дачника. Сад и огород своими руками

Время появления в крыму готов. Кто такие крымские готы и как они очутились в крыму. Кто такие крымские готы

Мы публикуем стентграмму и видеозапись лекции, с которой 16 июня 2016 г. в рамках проекта «Публичные лекции "Полит.ру"» выступил историк, археолог и переводчик, кандидат исторических наук, доцент Школы исторических наук НИУ ВШЭ, старший научный сотрудник Лаборатории медиевистических исследований НИУ ВШЭ Андрей Юрьевич Виноградов . Лекция состоялась в Библиотеке-читательне им. Тургенева (Москва).

См. также:

  • М. Руссо "Заговорившие готы Крыма"

Б. Долгин: Наш сегодняшний лектор - Андрей Юрьевич Виноградов, классик, специалист и по истории Византии. Но сегодняшняя тема, скорее, по византийской периферии, если можно так выразиться. Тема звучит так: «Крымские готы. В поисках истории и языка».

На всякий случай - именно к сегодняшней лекции будет относиться предупреждение, с которым я сейчас выступлю. У нас лекция по истории, научно-популярная лекция, никаких политических дебатов мы сегодня устраивать не будем. Никаких рассуждений о юридической принадлежности Крыма и об историко-культурных обоснованиях действий России. Может быть, когда-нибудь у нас будут дискуссии и на эту тему. Но, в любом случае, не в помещении этой библиотеки. Пожалуйста, Андрей Юрьевич.

А. Виноградов: Спасибо. Если будем говорить про политику, то, в основном, про политику конца IV века.

Б. Долгин: Про политику IV века - пожалуйста.

А. Виноградов: Итак, добрый вечер. Собственно говоря, я не являюсь специалистом по крымско-готскому языку. Я буду говорить об этом языке, но преимущественно в историческом контексте. Если у кого-то будут вопросы по готской филологии, то я постараюсь это сделать в той мере, в которой я могу это сделать. Я постараюсь сжато рассказать о готах вообще, а потом уже конкретнее - о крымских готах и о том месте, которое они в готском мире занимают.

Думаю, что слово «готы» сейчас у всех на слуху, хотя готами называют совсем не тех, кто этого заслуживает. Потому что те готы, которые были в древности, исчезли безвозвратно, и ни одного прямого наследника у древних готов нет. Их кровь растворилась в большом количестве народов Европы, Балкан, отчасти - Крымского полуострова, но прямых наследников готов сейчас нет. Так же, как и крымских готов.

Нас интересует то время, когда готы оказались на Нижнем Дунае, по северную сторону нижнего течения реки Дунай, потому что его южная сторона была границей Римской империи, которую империя, насколько могла, пыталась оборонять. И вот в III веке новой эры готы, а точнее - отдельные восточные германские племена - расселились в тех степях, которые в XIX веке было еще принято называть южно-русскими, а теперь, видимо, южно-украинскими степями, хотя такой термин в науке еще не прижился.

Когда мы говорим «готы», нужно иметь в виду, что мы имеем дело с условностью, введенной средневековыми и позднее-античными хронистами, потому что у нас нет возможности провести этнографическое исследование, спросить: кем ты себя чувствуешь - готом,тервинг ом или кем-то еще? Поэтому, когда я буду говорить о готах, я буду говорить о двух крупнейших союзах племен - остро-готском и визи-готском или, как раньше было принято их называть в науке - ост-готском и вест-готском.

И на этой территории, которая до этого была заселена ираноязычными народами, прежде всего различными племенами, входившими в сарматский союз племен, начинают расселяться эти восточные германцы. Восточные германцы включают в свой состав остатки местного населения, и в самом конце мы к этому довольно интересному факту еще вернемся.

Дальше потихоньку начинается давление готов на юг. Мы знаем о том, что, как ни странно, готы смогли освоить мореходное дело, что было странно для народа, который занимался скотоводством и у моря долго не жил. По крайней мере, античные историки рассказывают, что они захватили на Боспоре Киммерийском некоторые корабли и отправились в грабительский поход вдоль восточного берега Черного моря, наводя ужас на местных жителей. Но главное давление они оказывали, конечно, на границу империи, за которой были несметные сокровища, да и вообще, «за границей жизнь всегда лучше», поэтому готы туда страшно рвались.

Конечно, жизнь готов в этом краю не была совершенно ужасной, но вспомним Овидия, который страшно жаловался, что он забрался «на крайний Север» - в современную Румынию. Видимо, готам было так же, как и Овидию, и они хотели на юг.

Не буду описывать, как готы пересекли границу, как они двинулись на юг и разгромили римские войска в знаменитой битве при Адрианополе (378 год), потом двинулись на Запад, осели в Паннонии. При этом надо помнить, что двигались два больших племенных союза, отдельно друг от друга. Союз визи-готов ушел далеко на запад, вначале в южную Галлию, где основал королевство, а потом перебрался через Пиренеи на территорию современной Испании, где основал свое королевство, которое просуществовало до арабского нашествия. А остро-готы вторглись в конце V века из Паннонии в Италию и основали там ост-готское королевство во главе с Теодорихом, самым знаменитым ост-готским королем, которое просуществовало до середины VI века, пока окончательно не было разгромлено восточно-римским императором Юстенианом. Вот общая картина развития готов.

Почему для нас важны остроготы, Теодорих и так далее? Дело в том, что все наши сведения о готском языке исходят, по сути, практически только из одного документа. Это перевод Библии епископом Вульфилой или Ульфилой, это имя пишут по-разному, для тех готов, которые в конце третьей четверти IV веке проживали на Нижнем Дунае. Империя, которая была заинтересована в соседях мирных и единоверных, направила усилия на то, чтобы сделать готов христианами.

Христианизация проходила в тот момент, когда господствующим вероучением в Византии была умеренная форма арианства. Как таковое оно было осуждено в 325 году на Первом Вселенском соборе, но после этого многие императоры, в том числе сын императора Константина Констанций, Валент и другие исповедовали умеренную форму арианства. И готы в этой форме христианство и приняли. И другой не знали.

Потом, когда готы оказались в Европе, и вступили в контакт и конфликт с местным населением в Италии, они свою идентичность стали подчеркивать этой религиозной разницей - на территории Пиренейского острова доходило до религиозных преследований, а в Северной Африке, где были родственники готов - вáндалы - и до настоящих гонений.

Что для христианизации нужно? Нужно как-то рассказать людям про истинного Бога. Проще всего рассказать на их собственном языке. Сам Вульфилла был выходцем из готов, его имя значит «Волчонок», но волею судеб он оказался на территории Малой Азии, в Каппадокии и приобщился ко всей этой христианской культуре. Видимо, он был человеком способным. То ли сам, то ли с помощью кого-то, он создал азбуку, максимально близкую к греческому письму, но учитывающую некоторые особенности фонетики готского языка, которая, собственно говоря, и послужила для перевода Писания.

Что мы имеем? Мы имеем бОльшую часть перевода Нового Завета и очень небольшие обрывки перевода Ветхого Завета. Мы даже не знаем, был ли он полностью осуществлен, потому что находятся только маленькие фрагменты. Других текстов на готском языке, можно считать, что почти нет. Есть купчая, есть пара документов, есть табличка, которая очень ценна для нас, потому что происходит не из Италии, откуда все готские тексты, а из Бенедекпусты, на территории современной Венгрии, это эпоха Паннонского расселения. И, по сути, всё, что мы знаем о готском языке, мы знаем из этого перевода.

Готский язык практически обязательно изучают германисты-филологи во всем мире, поскольку он представляет собой древнейшую известную нам письменную фиксацию о стадиях развития хоть какого-то германского языка, хотя это один из восточно-германских языков, в отличие от других живых германских языков, которые относятся к другой ветви.

Но у готов был еще и третий вектор движения на юг, о котором мы говорили - Боспор и побережье Черного моря, Дунай и Крым. Готы, как и многие другие народы, приходившие в эти северо-причерноморские степи, назовем их так, оказывались в Крыму. А Крым - это своего рода тупик. В том смысле, как по-немецки называется тупик - «sackgasse», «переулок-мешок». И, если ты не владеешь какими-то средствами передвижения по морю, ты там и остаешься. Так происходило со скифами, с сарматами, с аланами, с массой других племен, которые там оседали, потихоньку смешивались между собой и дальше эволюционировали.

Готы связываются с различными археологическими культурами и на территории Крыма, прежде всего, это два региона. Это юго-западный Крым, от устья Черной речки (современный Инкерман) и дальше на север, примерно к половине пути между Бахчисараем и Симферополем, и вторая зона, которая с ней тесно соприкасается, это Южный Берег Крыма (ЮБК).

Собственно говоря, готские могильники выделяются среди остальных не надписями, которых здесь нет, а «инвентарем». Типичный инвентарь для готских погребений, причем, женских (мужские намного скромнее) — это набор из пары фибул, как мы здесь видим, и пряжки. В данном случае - это знаменитая орлиноголовая пряжка.

О территории расселения ранних готов в Крыму знаем, в основном, именно из археологии. Из письменных источников, к сожалению, мы знаем намного меньше. Отдельные походы готов упоминаются, но как они жили «внутри», как взаимодействовали с греками, с «грецизированными» народами, известно не очень хорошо.

Главный источник наших сведений происходит из VI века, это трактат знаменитого византийского историка Прокопия Кесарийского, однако не «О войнах», хотя есть несколько книг, посвященных войнам с готами, но это другие готы, италийские. А трактат «О постройках», который составлен где-то до начала 560-х годов, в котором говорится, что император Юстиниан позаботился о стране союзных римлянам готах под названием Дори. И говорится интересная вещь, что у этих самых готов нет никаких городов, никаких окруженных стенами крепостей - так они любят свободу. Они просто живут свободно, и Юстиниан построил там так называемые «длинные стены», то есть стены, которые перегораживали входы в наиболее значительные горные теснины, или, как еще их называли византийцы - клисуры.

Следы этих стен археологам удалось найти, по крайней мере, в одном месте. К сожалению, туристам их найти сложно, они сильно заросли кустами после раскопок 80-х годов, но недалеко от подножия горы Мангупа, о которой у нас еще будет сегодня речь, есть остатки такой стены. Более того, с самого Мангупа происходит надпись, правда, уже во вторичном использовании, она использована как камень в обкладке могилы, с надписью «Юстиниана автократора» и дальше указывается, что это было построено в одиннадцатый индикт, то есть, в один из годов пятнадцатилетнего налогового цикла, который на правление Юстениана попадал три раза, в 533, 548 и 563 годы.

Юстиниан правил долго. Правда, тут возникает вопрос: если эта надпись, например, из стены укрепления наверху, которая прослеживается не только на Мангупе, но и на других городищах, например, на городище Эски-Кермен, и также на Тепе-Кермене, то тогда получается, что Прокопий говорит неправду, что Юстиниан не строил укрепленные города. Либо это строительство относится к тому времени, когда Прокопий уже закончил свой трактат. Это первое.

Второе. Та страна, которую описывает Прокопий, больше подходит под описание Южного Берега Крыма, чем горного Крыма, но археология нас здесь примиряет, потому что мы знаем, что готы жили здесь и здесь. Другое дело, что про готов, которые жили ближе к морю, ближе к Константинополю, Прокопий мог знать немного лучше.

Затем для Крыма вообще и для готов, в частности, наступают «темные века», как и для всей Византии - с середины VII века, с эпохи арабских нашествий, а до этого будет появление первых тюрок, которые у нас на Боспоре появляются в конце VI века и других народов. Северная граница империи, которая, в отличие от других границ, никогда не была единой, цельной, монолитным лимесом , а была всегда, скорее, системой крепостей, которые должны были защищать местное население, подчинявшееся империи, совсем приходит в упадок.

И, в частности, на территории Крыма - по крайней мере, горного Крыма - на долгое время устанавливается господство хазар. В какой форме оно осуществлялось, мы до сих пор толком не знаем. Среди ученых существуют разные мнения, была выдвинута, например, Сергеем Борисовичем Сорочаном гипотеза о так называемом кондоминимуме, то есть о совместном владении - что эти территории были одновременно и византийские, и хазарские. Как, например, византийцы и арабы совместно владели Кипром. Но доказательств этому нет. И главные источники об этом молчат.

Мы знаем, что в конце VII века сосланный в Херсон император Юстиниан II, которому отрезали нос, за что он получил прозвище «Ринотмит», опасаясь, что его убьют, бежал из Херсона - древний Херсонес (на территории современного Севастополя) - к хазарам. Там он даже женился на дочери хазарского правителя, но, опасаясь, что его и там убьют, бежал оттуда к болгарам, и уже с ними вернулся в Константинополь и второй раз взял власть в свои руки. Это одно свидетельство.

Второе - это «Житие» Иоанна Готского, икнонопочитательского епископа Готии, который жил во 2-й половине VIII века. Хотя мы знаем, что, вроде бы, крымские готы были христианами, когда они ими стали - совершенно непонятно.

Дело в том, что в их погребениях от III до VI-VII века у нас мало следов христианской атрибутики: нательных крестиков, каких-нибудь перстней с изображением креста и прочее. Они есть, но в минимальном количестве и чаще всего они - импортные. То есть, это те вещи, которые откуда-то привезены, и совершенно не факт, что их носили как христиане - очень часто мы знаем, что в погребениях явно языческих народов встречаются христианские символы, которые по той или иной причине использовались.

Но еще в документах конца VII века, в документах Трулльского собора, епископ Херсона подписывается как «Епископ Херсона ту Дорантос» - то есть, «Херсона в стране Дори», которая еще в конце VII века находилась под окормлением, под юрисдикцией епископа Херсона. В любом случае, он представляет себя как епископа Херсона и этой христианизированной страны.

Что же нам рассказывает «Житие» Иоанна Готского? Он был родом из Южного Берега Крыма, а не с горного Крыма, но интересный для нас эпизод связан с горным Крымом. В 754 году в Константинополе собрался так называемый Иерийский собор, созванный императором-иконоборцем Константином V, где был богословски обоснован запрет на почитание икон. Епископ Готский принял очень активное участие в этом соборе и в награду за свою активность получил высокий титул митрополита Никомидийского.

В Готию был послан новый епископ, но местное население отказалось его принять, в частности, потому, что люди не хотели отказываться от почитания икон. И население выбрало своего епископа, «из своих» - Иоанна. Эта практика древней Церкви, когда епископ выбирался. Иоанн долго не мог получить нигде поставления. В частности, он ездил в Иерусалим, пытался получить поставление епископа там, но дело кончилось тем, что он был вынужден поехать в Восточную Грузию, в Иверию, где и получил, наконец, поставление в епископы.

С точки зрения византийцев, это был совершенно неканонический епископ, они вообще его не признавали. Но потом, когда симпатии императрицы Ирины стали склоняться в сторону возвращения почитания святых икон, она сделала интересный ход: она пригласила этого Иоанна на переговоры в Константинополь. И он стал проповедовать иконопочитание в храмах города. С одной стороны - авторитетный человек, епископ. А с другой стороны - власти за него не отвечают. Какой-то приезжий, что-то проповедует, властям не подчиняется… И вот в 785 году он в этом участвовал.

А после этого следующее событие: восстание готов против хазар. Но тут есть некоторая проблема, которая связана с текстологией, а именно: «Житие» Иоанна Готского сохранилось всего в трех рукописях. И тут они расходятся - две рукописи дают одну версию, а третья - другую. Причем, расхождение всего в одну частицу! Но греческий язык вообще построен на частицах. И по одной версии вначале хазары заняли крепость Дорос, и готы подняли восстание. А по другой версии получается, что - нет, наоборот: готы подняли восстание, и тогда хазары захватили крепость.

Боюсь, что при нынешнем состоянии источников нам так и не удастся узнать, кто был здесь инициатором. Но факт в том, что хазары заняли крепость Дорос, и с восставшими обошлись жестоко: несколько человек было казнено, сам Иоанн, руководивший восстанием, был заточен в крепости, правда, бежал оттуда. Он осел на южном берегу Черного моря, обратно в Крым не возвращался. Мы знаем, что он не участвовал в самом VII Вселенском соборе (787 год), который восстановил иконопочитание, его подпись там появилась вторично. Там был его некий «заместитель». Но Дорос здесь, в отличие от двух первых упоминаний - Дори и Доранта, о котором я говорил - появляется именно как название города, а не как название страны. Что дальше?

В самом «Житии» Иоанна Готского слово «Готия» употребляется несколько раз, но в основном в виде его титула - «епископ Готии» и так далее. Само же слово готы употреблено только один раз в выражении «страна готов». То есть, какие-то люди восстают, я говорю, что это готы, но на самом деле кто они - совершенно не понятно. Просто говорится, что «это было в стране готов», и потом в конце говорится, что «он был выдан своим народом», но каким народом - не уточняется. То ли это его паства, то ли это готы, из которых он, может быть, происходил. В общем, вопрос неясный.

Что дальше? У нас дальше устойчиво встречается упоминание «Готская епархия». Вначале это епископия, потом - архиепископия и потом, наконец, это митрополмитрополия. Титулярная митрополия, то есть, так митрополия, которая не имеет подчиненных себе епископий. Она существует до самого конца Византии и даже дальше, по сути, последний готский митрополит дожил до конца XVIII века, и эта митрополия была упразднена только при Екатерине II. В том числе, с выселением греков из Крыма.

Имя Дорос встречается в одной надписи, которая происходит из более глубинных мест, не из Мангупа, а дальше, ближе к главной гряде, где рассказывается о постройке некоего храма иеромонахом Нилом при помощи и содействии жителей города Дорос. И где этот город? Совершенно непонятно.

Обычно, если вы будете читать популярную литературу, вы прочтете, что «Дорос - это Мангуп», всегда был, потому что там с раннего до позднего времени есть византийское присутствие. Но никакой окончательной уверенности в этом у нас нет. Почему важен Мангуп - я еще скажу. Но была еще такая теория, что какое-то время Доросом, то есть, центром страны Дория, было городище Эски-Кермен, которое переживает свой рассвет в XIII веке.

В конце XIII века - 1299 году - оно было полностью разгромлено, по сути, прекратив свое существование, и центр власти снова перемещается на Мангуп. При этом мы знаем, что в конце Х века Мангуп был большой и мощной крепостью, потому что именно к этому времени относится надпись о строительстве самой дальней оборонительной стены Мангупа.

Но упоминания о готах как о народе практически исчезают. Откуда мы о них знаем? Мы знаем о них немного от европейских путешественников. Они упоминают термин «Готия», но это ничего не значит. Например, хазарское государство погибло к концу X века, а термин «Хазария», «Газария», «Казария» и так далее употребляется европейцами вплоть до раннего Нового времени.

Есть замечательная фреска во Влахернском храме рядом с Артой в Эпире, где изображена повседневная жизнь Константинополя. Там изображен человек, обвешанный сосудиками, и подписано: «Хазарин продает икру». Это XIII век, никаких хазар уже нет, но какие-то люди приплывали с северного Причерноморья и продавали икру. Их называли хазарами. Поэтому само упоминание слова «Готия» как таковое ничего не показывает. Но есть интересные свидетельства некоторых путешественников, которые рассказывают, что их немецкие слуги встречали неких людей, с которыми легко могли разговаривать.

Обычно канва рассказа такая: «У меня был слуга, немец, который встретил человека, с которым легко мог говорить на своем языке». Примерно так. Что это значит? Может, он встретил какого-то германца, которого туда занесло, мало ли, что бывает. Никаких четких доказательств не было. Пока, наконец, в середине XVI века, не появился некий персонаж - Ожье Гислен де Бусбек (Ogier Gisleen van Busbeke, род. в 1522 году ).

Бусбек (Bousbecque) - это маленький город на севере Франции, а тогда - входившей в состав Священной Римской Империи. Ожье был незаконным сыном местного феодала, и он пошел не по рыцарской линии, а по научной. Он учился в университете, был учеником Эразма Роттердамского, а затем оказался при имперском дворе и вошел в состав имперских посольств. Он был в посольстве в Англии, и самое знаменитое его посольство - в Стамбул к турецкому султану.

В середине XVI века Европа была крайне насторожена от слухов, которые доносились с восточной окраины мира. Мы знаем, что к этому моменту была разгромлена Византия, были разгромлены балканские христианские княжества. Скоро, как мы знаем, турки подойдут к воротам Вены. И любая весть оттуда европейцам была интересна. Надо сказать, что он съездил туда совсем не праздно. В частности, считается, что именно с Бусбеком связаны такие вещи в Европе, которые нам кажутся совершенно естественными - тюльпан и сирень. Считается, что именно Бусбек привез их.

Из Стамбула он писал письма своему другу гуманисту Гуго Гроцию и в них описывал то, что видел. Письма тут же печатались и пользовались огромной популярностью. Потому что это было как телевидение сегодня - одновременно и политические новости и «В мире животных». И в своем четвертом письме из Турции Бусбек пишет, что в Стамбуле он встретил двух людей из Крыма. Один из них назвал себя готом, был высоким и светловолосым, «… похож на нас, фламандцев», - пишет Бусбек, подчеркивая свой германский патриотизм.

Названный готом рассказал про свою страну, про свой народ, что они выставляют столько-то воинов, что у них есть два города - Мангуп, загадочный город, который он записывает по латыни как Scivarin . Обычно его отождествляют с Сюйреньской крепостью около нынешнего села Малое Садовое в Бельбекской долине, в Горном Крыму, недалеко от Мангупа. Но по-готски этот гот уже не говорил, язык забыл.

Зато с ним был грек, который по разным нуждам общался с готами и хорошо выучил их язык. И от этого грека Бусбек записал около 80 слов, несколько выражений-фраз и одну песенку. С песенкой, правда, история темная, многие подозревают, что это не готская песенка, а тюркская, хотя - чего греку, который явно знал тюркский язык, говорить, что это - готская песенка? Смысл её непонятен, хотя некоторые переводили ее как «поедем в Ялту», в общем, она пока не разгадана. А что касается остальных слов, то их слов Бусбек делит на две части: на те, которые «похожи на наши», то есть, на германско-фламандские, и на те, которые не похожи.

Собственно, это - последнее достоверное свидетельство о готах. Что с ними потом случилось в Крыму - никто не знает. Очевидно, что последние их следы были уничтожены при переселении христианского греческого населения в Мариуполь. В принципе, переселяли греков-христиан. Но следует учесть, что к этому времени часть греков уже приняла ислам и стала частично будущими крымскими татарами, и, кроме того, те греки, которые ехать не хотели, они объявляли себя мусульманами, не будучи ими, чтобы из своей страны обетованной не уезжать.

И здесь, даже если готы и сохранялись, то в этом потоке переселенцев они должны были раствориться. Якобы еще в начале XIX века кто-то в Мариуполе видел каких-то «готоподобных» людей - высокого роста, со светлыми волосами и голубыми глазами, но уже, когда приехали туда настоящие исследователи, никаких следов подобных персонажей не было.

Сейчас дошло до того, что было проведено ДНК-исследование мариупольских греков - выяснилось, что совершенно чистой воды тюркский этнос, без следов других «примесей», что не удивительно. И материальных следов готов нет. Более того, свидетельство Бусбека стало вызывать довольно большое сомнение у многих исследователей в следующие века. Так, например, известный польский епископ -Сестренцевич-Богуш писал, что, наверное, Бусбек ошибся, что, наверное, это были какие-то евреи, которые говорили на идиш и которые попали в Крым, и их язык, искаженный, Бусбек и принял за готский язык.

Однако дело в том, что, когда писал Бусбек, готский язык был очень мало известен, изучение основных готских рукописей началось позже, а подделать свои наблюдения он не мог. Лингвисты сходятся на том, что слова из того фонда, которые Бусбек назвает «не похожие на наши» находят прямые соответствия в переводе Вульфилы. Там не только такие слова. Там есть заимствования, например, из иранских языков - обозначения для чисел 100 и 1000 были заимствованы оттуда. Но там есть и некий реликтовый фонд.

При этом, если бы нам хотелось как-то проверить эти сведения Бусбека, мы это почти не можем сделать никак. Обычно как: есть имена, которые попадают в какие-то тексты, в документы, надписи и так далее. До 2001-го, кажется, у нас не было ни одного четко отождествленного готского имени из этого региона. Первый известный лингвист Трубачев увидел в имени «Хуитан» в одной надписи XIV века готское имя Хвитан, т.е. «Белый». Это было первое открытие.

Сейчас, после того, как обработан больший массив надписей, удалось выделить несколько имен. Это реальные следы присутствия готов.

Самые странные свидетельства оставил нам в XVII веке голландский гуманист Йозеф Юст Скалигер (Joseph Juste Scaliger). Он пишет следующее: «В наши времена в тех краях, которые находятся под началом перекопского князя, живут люди, которые пользуются книгами Ветхого и Нового Завета, написанные на том языке, который создал Вульфилла в древние времена». Примерно так.

Этому никто никогда не верил, потому что у нас никаких свидетельств готского письма в Крыму не было. И тут мы переходим к самой интригующей части рассказа - как готская письменность в Крыму все-таки нашлась.

Перед вами - городище Мангуп-Кале, которая напоминает распростертую ладонь, только с четырьмя пальцами, а не с пятью. Наверху находился город, на самом дальнем мысу Тешкли-Буруне находилась цитадель, а подъем в город осуществлялся либо по дороге снизу, которую можно легко было закидать сверху камнями, либо по лощинкам. По ним подняться было легче, и в X веке, чтобы их перекрыть, тоже построили стены, в так называемой Табана-Дере.

Кликните на картинке, чтобы ее увеличить

Город был довольно большой, он занимал всю эту площадь.

Кликните на картинку, чтобы ее увеличить

Вот здесь показана так называемая мангупская базилика. Это довольно большое здание, с тремя нефами, построенное в ранневизантийский период. Таких больших базилик раннего византийского времени в Горном Крыму очень мало. Их много в Херсонесе, конечно же. А в горном Крыму такая же есть на Эски-Кермене, на горе Бойка, которая, вероятно, является древним городом или поселением Пойка, и это почти все.

Есть еще какие-то базилики, но с ними ясно, что они не ранневизантийские. И притом они все очень большие. Эта базилика неоднократно перестраивалась, помещения у нее то убавлялись, то добавлялись, по сути, она использовалась вплоть до взятия города турками и даже после этого. К сожалению, мы толком не знаем посвящение этой базилики. Некоторые считали, что это - церковь Константина и Елены, которая была описана Броневским, некоторые считали, что это упоминание относится к другому храму - точно мы не знаем.

Эта базилика раскапывалась неоднократно, начиная с начала XX века и вплоть до конца XX века. И даже сейчас, в начале XXI века, на территории вокруг идут раскопки.

Тут надо сделать небольшое отступление, вряд ли называемое лирическим, скорее, политико-идеологическим. Думаю, что все знают, что в 30-е годы прошлого века между СССР и Германией были сложные и неоднозначные отношения. Когда периоды дружбы сменялись периодами вражды. И в редкие периоды дружбы тема всяких изучений германцев на территории СССР обострялась.

Был так называемый «готский проект», были даже две конкурирующие экспедиции, которые работали в горном Крыму, там работала даже экспедиция из университета Филадельфии, правда, единственным представителем университета и главой экспедиции был выходец из России. Причем, оснащение у нее было просто замечательное!

Я долго недоумевал - откуда у местных жителей рассказы о том, что американская экспедиция (про это они еще могли помнить) вывозила золото, которое они нашли, ВАГОНАМИ! В горном Крыму никогда не было железной дороги, откуда эти рассказы про вагоны с золотом? А потом понял. Естественно, любая экспедиция может найти золото и его вывести, хотя это НАШЕ золото, внутреннее. Но про вагоны я понял - у них были рельсы и вагонетки. Они вывозили отвал на вагонетках - и отсюда вагоны. И в 30-е годы было много раскопано.

В 1938 году на Мангупской базилике работала экспедиция под руководством Марии Тихановой из Санкт-Петербурга (Ленинграда), ученицы академика Жебелева, которая проводила раскопки в маленьком храме рядом с базиликой, который Тиханова условно называла «Крещальня».

Она рассказывает следующее: при раскопках в полу этой «Крещальни» над могилами в вымостке она обнаружила фрагменты ранневизантийского рельефа, который принадлежал карнизу. И на верхней стороне этого карниза во вторичном использовании были нацарапаны различные рисунки и надписи. Очень плохо читаемые, она смогла разобрать только одну надпись, которую и опубликовала. Но, заметим, что публикация относится к 1953 году - с момента раскопок прошло 25 лет. Понятно, война, не до того.

Кстати, во время войны у немцев, у которых всегда был большой интерес к Крыму и крымской Готии и большие политические планы - была идея переименовать Севастополь в Теодорихсхаффен, Симферополь - в Готенбург, в Крым была отряжена экспедиция «Аненэрбе» с очень серьезными учеными. Те думали, что - ну вот, русские ничего не нашли, либо всё закрыли, а вот мы сейчас приедем и всё готское здесь найдем! Но ничего не нашли - потому что Мария Андеевна Тиханова в 1938 году всё нашла и спрятала. А в музейных запасниках никто не ищет.

Итак, из публикации 1953 года: она пишет, что отсутствие фотографий или рисунков и эстампажей объясняется тем, что те были вовремя не сняты, а надписи в настоящее время утеряны. И эти два камня с граффити, которое она описывала, и фигурировали в литературе долгое время как пропавшие. К ним иногда обращались, предлагая то или другое чтение или обращались иногда к фотографии, где изображен карниз. Но никто их поисков не предпринимал.

И вот, когда я стал заниматься корпусом византийских надписей Северного Причерноморья, то позволил себе усомниться в их пропаже. Ведь война была, неразбериха, может, Тиханова их просто не нашла. Надо сказать, что эти надписи могли попасть только в одно место, а именно - в Музей пещерных городов, созданный перед войной в Бахчисарае. Бахчисарайский ханский дворец и стал музеем Пещерных городов. Вначале он назывался так, потом стал Бахчисарайским музеем-заповедником, потом про эти пещерные города все подзабыли и всех стали водить только в гарем и к фонтану.

Лапидарий - хранилище камней - был мне хорошо известен, и среди известных мне камней таких не было, но я поискал внимательнее и, действительно, на один фрагмент я наткнулся. Однако той греческой надписи, которую опубликовала Тиханова, на этом камне не было. Но по некоторым косвенным данным - совпадению описания рисунков с тем, что сказано у Тихановой, я понял, что речь идет о втором камне. Если есть второй, то где-то должен быть и первый.

Я обыскал весь немаленький лапидарий и ничего не нашел. И много лет был только один камень, я прочел там греческие надписи и так далее. Вот этот камень, это его верхняя сторона, на нем прочлись три греческие надписи: «Господи, помоги Агапию, недостойному протопопу!», «Господи, заступничество Иоанна, спаси своего раба попа Григория, чтеца грешного» и «Помоги твоему рабу, отец мой, пресвитеру Иоанну».

Заметим, что все три надписи оставлены клириками - протопоп, чтец и пресвитер. Протопоп - это главный священник собора, видимо, этой самой базилики. Но возникает вопрос: а как это оказалось в вымостке пола? Вы представляете протопопа, ползающего по полу и зачем-то пишущего «Господи, помоги!»? Кроме того, камни были сильно вытерты, было видно, что по ним ходили.

Значит, была какая-то промежуточная стадия: вначале это был карниз ранневизантийского времени, видимо, в этой же мангупской базилике, по крайней мере, другого такого ранневизантийского сооружения мы не знаем. Потом они были вставлены в стену, на них писали, а потом - уже третично - они оказались в полу. В какую стену они были вставлены - сказать трудно, но я думаю, что это была стена базилики и, возможно, это была южная стена, поскольку на ней чаще всего пишут. Но это только предположение.

Затем, посещая другое хранилище - где хранится керамика с мангупских раскопок - я случайно набрел на ящик с мелкими битыми камнями, среди которых внезапно обнаружился второй фрагмент, тот самый второй фрагмент, который издавала Тиханова. И вместе эти два фрагмента некогда составляли часть карниза.

Одни граффити наползают на другие, какие-то круги с крестами, какие-то монограммы, одна надпись идет наискосок и перекрывает надпись, которая идет прямо. Я прочитал все греческие надписи, они достаточно были стандартными: «Господи, помоги такому-то».

Но осталась некоторая часть надписей, которые я прочесть не смог. Я думал, что еще потренируюсь, почитаю еще каких-нибудь граффити, и прочитаю.

Но у меня закралась мысль: а не готские ли это надписи? На самом деле, мысль пришла мне года три назад, и я послал письмо своему коллеге Максиму Коробову, а он мне ответил, что, в порядке шутки можем прочесть это вот так и так. Мы посмеялись, забыли. Прошло два года, я занимался подготовкой корпуса, было не до того, но я всё думал, что надо бы вернуться и почитать. Вернулся - и тут торкнуло.

В какой-то момент - я даже не опишу. Видимо, в тот момент, когда мы прочитали слова по-готски «Господи, помоги!» Что же это за надписи? Вот эти два фрагмента карниза, как они лежат вместе. На одном камне - четыре надписи, на другом - одна. Они занимают лучшие места, с точки зрения пишущего: на верху, поскольку у вас лучше упор для руки, и слева, потому что справа всегда будет сложнее. Это первое.

Второе: они практически всегда предшествуют греческим граффити. Но и они не первичны, в одном случае мы видим, что они вынуждены обходить рисунок, который там есть. Кто-то уже успел что-то нацарапать. Это такие же прошения, как и на греческом. Говорится, « иакому-то и грешному Дамиану» - видимо, «Господи, помоги!» - заметим, что имя - совсем не готское, христианское.

На другом камне говорится «Господи, помоги своему рабу…» - и дальше надпись обрывается, сохранилась только буква «ви».

Это не может быть имя, потому что перед ним стоит артикль, но это может быть обозначением профессии. Например, «вихен» -священник или «виноградарь». А другая надпись внизу, причем, первые буквы выполнены двойной линией, как инициалы в рукописях, такие заглавные буквы, как мы бы сказали - это явное подражание какой-то культуре письма напергамене — начало имени «Винд…», и мы не знаем, что это за имя. Либо связанное со словом «ветер» - «wind» и какое-то имя, либо общегерманский корень «вин» («друг») и какой-то непонятный нам второй компонент.

Одна надпись, самая мелкая и самая плохо читаемая, такого же содержания: «Господи, помоги рабу своему Дамиану из виноград…». Явно читается «виноград…». Это могло быть и обозначением какого-то топонима, например, «Винограды» или название профессии - такой-то «из виноградарей». И еще грешнику - немного странно для на такое сочетание - виноградарь и грешник, но в греческих надписях часто встречается такое добавление «… и грешник». Опять имя Дамиан, но прошу заметить, что надпись выполнена другой рукой, чем предыдущая. Либо это два разных Дамиана, либо Дамиан писать не умел, и за него писали два разных человека.

И, наконец, самая качественная, литературная, длинная надпись находится с левой стороны одного камня, вот её прорисовка.

Помните, я говорил, что он обходит рисунок? Видите, этот рисуночек появился и, тот, кто писал, дошел и продолжал писать уже здесь. Потому что рисунок ему мешал. Потому что эти надписи были не первые. Надпись состоит из двух частей - первая часть из строк один, два, три и половина строки четвертой. Здесь её было сложнее всего расшифровать.

Понимаете, когда написано «Господи, помоги рабу Твоему такому-то грешному» - это стандартно, это, как называют эпиграфисты, формульность. Легко прочесть. А вот как прочесть такую надпись? И вот тут пришлось поломать голову.

Мы обратили внимание, что три раза встречается сокращение «гут» - «Бог». Сокращенно под титулом. И дальше надо было придумать какую-то фразу, в которой слово «Бог» три раза бы упоминалось. И я как-то сидел на какой-то конференции на каком-то скучном докладе, и тут меня осенило: «Кто Бог велий, яко Бог наш. Ты еси Бог творяй чудеса». Это Стих из псалма, который употребляется в качестве великого прокимена на самых богослужениях - на Вечерне Рождества, Пасхи, Господских праздников. Он связан с величием Бога.

По какому поводу это могло быть написано? Тут надо помнить, что, после того, как разгромили восстание Иоанна Готского, лет через 50 византийцы вернули себе эти территории и Мангупскую базилику восстановили. И можно думать, что, когда этот камень из декорации попал в строительный материал, и была сделана эта надпись. А вот вторая надпись очень странная. Она не дописана.

Здесь нажпись начата, а потом человек бросил писать, там пустое место. Он ничего не писал. Это слово «мидьюнгард» - «Вселенная». Но оно может быть здесь «в Вселенной» или «во Вселенную». Тут и датив и аккузатив - мы не можем сказать, что именно. Почему он бросил писать? Что ему мешало написать? «Один воскрес навеки из мертвых и во Вселен…» Вообще, фраза «Один воскрес навеки из мертвых» - очень странная.

Я перерыл всю византийскую литературу, чтобы найти хоть какое-то подобие даже мысли такой. Ясно, что речь идет про Христа, который один воскрес из мертвых. Но почему он воскрес навеки, почему Он один «воскрес из мертвых»? И потом до нас потихоньку дошло - почему. Потому, что это не что иное, как стихи.

Они построены по законам германского стихосложения, здесь есть аллитерация и ассонансы. Смотрите: «эНС - эвиНС». Еще интересная вещь: три строки он начинает на «У». А теперь посмотрите верхние строчки. Причем, лучше даже не здесь посмотреть, а вот здесь, где они написаны готскими буквами.

Вот эта буква «хв» похожа на греческую «тету», эта буква похожа на греческую «сигму», и это было очень важным открытием, потому что сигма, подобная «с» была известна в готских документах, и предполагалось, что она отражает ранний этап готского письма, который был на Нижнем Дунае, а теперь у нас есть доказательства. Дальше «и» и «эс». Если мы прочтем это как греческие сокращения, мы получим «теос Иисус», «Бог Иисус». наш поэт явно разбивает странным образом текст, не так, как он должен. «Кто Бог велий, яко Бог наш» - точка, и ты начинаешь с новой строки. Но он пишет «Ты» и только дальше начинает писать «ис» «еси».

Тема эта - явно воскрешения, Пасхи, и не связано ли это с идеей воскрешения, возрождения этой самой готской церкви? Но это не более, чем предположение. В любом случае мы встали перед фактом, что у нас есть готское письмо. Какого оно времени? Греческое граффити, которые перекрывают или находятся рядом, очень четко датируется в пределах второй половины IX - X века, по палеографии, по форме букв. Там есть и минускул и унциал, но они четко датируются.

С другой стороны, мы знаем, что восстановление базилики было не раньше 840-х годов, то есть, время для этих надписей - вторая половина IX - первая половина X века. И опять мы сталкиваемся с проблемой огромной лакуны, между серединой IX века и ранним временем, когда в конце IV века Вульфилла создает письменность для готов на Нижнем Дунае. Очевидно, что она к ним попала. Более того, каролинский автор IX века Валафрид Страбон пишет, что «в наши времена в городе Томи на Нижнем Дунае живут люди, которые совершают богослужения на готском языке». Но что же между, почему они молчали? Почему они не писали? Мы разводили руками.

И тут я подхожу к эпилогу своего рассказа - мы получили неожиданно очень мощный фидбек после нашей первой публикации. Нам стали писать и присылать разные образцы: «Посмотрите, а это не готское? А это?». Это были очень интересные вещи, но все - не готские. И вот нам напомнили об одном памятнике, который я в свое время посещал.

Кликните на картинку, чтобы ее увеличить

Это городище Бакла к северу от Бахчисарая на полпути к Симферополю. Оно вытянуто вдоль края скалы, и тот грот, который нас интересует, находится уже даже вне пределов городища, а по дороге к огромному могильнику, в том числе, и готскому, к так называемому Скалистинскому могильнику, который частично был уничтожен карьерами, но частью его успели раскопать. Вот это городище, на этой площадке находится город, а вот здесь находится один маленький грот, а вот здесь - большой грот.

Этот грот очень странный: по его нижнему краю шла лестница, она доходила до его восточного края, где было что-то явно почитаемое, там есть следы выветренных скамеек. Потом она обходила по задней стороне грота и выводиланаружу . То есть, люди таким кругом шли.

Внутри этой петли - большое заглаженное пространство, на котором сохранилось 400 петроглифов. Из которых 300 - кресты. Вот такой вот разной формы кресты. Кресты похожи на кресты на керамике, на пряжках VI-VII века. Кто были эти люди? Когда они поклонялись? Мы не знаем.

Но, когда меня туда привели, вскоре после открытия этого грота, мне показали два таких намека на надписи, и я подумал, что по-гречески эти надписи как-то не читаются. И я сказал, что, с моей точки зрения, здесь греческих надписей нет. Но потом мне предложили прочесть по-готски. И уже в марте этого года, мы поехали туда, в грот, залезли туда - а залезать не очень удобно, легко сковырнуться - и стали их читать.

Там читаются два имени: одно готское, а другое иранское. А что это значит? Помните, я сказал в самом начале, что они ассимилировали этих потомков сарматов и алан, которые там жили? Соответственно, мы тут видим интереснейшую вещь: этот готский язык был своего рода лингва франка в Горном Крыму. И что потомки этого населения, которые носили не готские имен - может, и были готами, но носили такие имена.

Может, этот человек и был готом, просто носил такое имя? Но факт присутствия иранцев, которые пользовались готским языком как способом увековечить себя. Замечу, что это - VI-VII век, то время, когда еще нет в Крыму епархии, кресты ничего не значат - наравне с ними здесь есть солярные символы и так далее, скорее, это какой-то магический символ увековечить себя (рядом - огромный могильник) при помощи готского письма. Вот так вот совершенно неожиданно крымские готы «заговорили». Вот так, я вас, наверное, совсем заболтал, спасибо за внимание.

Вопросы и ответы:

Б. Долгин: Большое спасибо! У меня есть некоторый вопрос, но сначала про готов: что еще есть смысл искать? Есть ощущение, что Вас эта тема очень увлекла, что Вы на этом не остановитесь, виден азарт. Где собираетесь искать дальше?

А. Виноградов: Вот пока ломаем голову над этим. А что касается другого, то - я представлял в Крыму свои результаты, так крымские коллеги пока что это «переварить» не могут, не могут понять, как им с этим жить. А уж если придем к ним с новыми надписями, то им совсем тяжело будет. Поэтому пока повременим.

Мы что-то получили, что-то увидели, полученное перескочило из X века в VI-VII, это вообще супер, а мы, в основном, сейчас будем смотреть тексты о Готии в разных аспектах и стараться «вылавливать» оттуда готские имена, потому что, то, что может не увидеть историк, увидит лингвист.

Я, например, опубликовал надпись и прочел там имя с этой же Баклы - там странное имя пресвитера: Капускал. Я пытался связать с тюркским «капу, капы» - «ворота» пытался связать, но ничего из имени не находилось. А посмотрели - в самом начале «С» плохо видно. Ну, хорошо, а «Скапускал» чем лучше? Оказалось, лучше - «скапускалькис», отличное имя германское, значит «раб чаши», то есть - виночерпий! Вот, пожалуйста, готы получаются имя.

Другое: читаю «Мурза, сын Ирпана». Ясно же, что Мурза - тюркское. Ничего подобного, «Эрпан» означает «шатен». У нас есть блондин, шатен. И тут мы наткнулись на предложение известного лингвиста Эрдаля, что имя, записанное еврейскими буквами, «С+В+Р+Т+А» из так называемого «загадочного киевского письма» может быть готским или германским именем «Сварта» - «черный». Вот примерно таким будем заниматься.

Б. Долгин: Спасибо, еще один вопрос - готский, подводящий к соображению и замечанию: антропологически готы, исходя из описаний, разные. То есть, дальнейшие описания готов как высоких светловолосых, голубоглазых - насколько они соотносятся с описаниями иных готов? Находящихся в исторических источниках?

А. Виноградов: Хуже всего с готами, которые лежат в крымских могильниках. Пока никаких антропологических готов выделить не удается. Правда, из-за того, что могильники копались несистематически, нельзя сделать серию из готских могильников с готскими вещами. Но то, что в тех могильниках, где мы знаем, нет этой «готской серии», можно говорить о том, о чем раньше даже боялись думать - что готов в Крыму было ничтожно мало. И что это был, возможно, какой-то господствующий класс, который навязал свой язык, имена и так далее, а на самом деле, это было такое население, которое просто приняло, а никаких высоких голубоглазых арийцев там и не было.

Б. Долгин: А в отношении иных готов, тех, о которых известно несколько больше? Есть ли в источниках описание их внешности? И что - это такие голубоглазые, светловолосые и высокие люди?

А. Виноградов: Как крепкие и могучие люди они описываются. По крайней мере, это можно сказать. Насчет голубоглазых, светловолосых или рыжеволосых я не помню, это можно посмотреть. Это можно у Прокопия посмотреть. Тут главный источник - Прокопий или Иордан.

Б. Долгин: И еще замечание или соображение насчет ДНК: я не очень понимаю, что такое может быть «тюркское ДНК»?

А. Виноградов: Те гаплогруппы, которые характерны для крымских татар и для других соседних тюркских народов. Это шведское исследование, я его сам не читал, а знаю только в научном пересказе. Факт в том, что никаких…

Б. Долгин: Факт в том, что ДНК, близкое тем, которые наблюдаются у крымских татар и других тюркских народов Крыма?

А. Виноградов: Да, примерно так.

Б. Долгин: Соответственно, дальше возникают вопросы: о чем это свидетельствует? То ли «А» близко к «Б», то ли «Б» близко к «А»?

А. Виноградов: О том, что в Горном Крыму на тот момент, когда оттуда выселили мариупольских греков, уже все слишком спрессовалось. Греческий язык, естественно, был таким языком культуры, поэтому долгое время и считалось, что никто по-готски не писал, хватало греческого. Готский элемент, возможно, и был ничтожным и быстро растворился. А тюркизация, по материалам археологическим и эпиграфическим с XIII века прослеживается, и в общем и целом, это огромная масса половцев и ногайцев, других тюрок, которые туда хлынули, которая привела к тюркизации. Есть священники с тюркскими именами. Есть имя отца - тюркское, а сына - греческое, явно, что процесс тюркизации шел очень активно, и к концу XVIII века, видимо, не такая была большая разница между греками и крымскими татарами.

Б. Долгин: О сложности этногенеза крымских татар и разнице горных и равнинных писали уже больше 100 лет назад. Вопросы к нашему лектору?

Вопрос: Большое спасибо за доклад. Хотел спросить: можно ли сравнить гипотезу о том, что готов в Крыму было мало, и они были господствующим классом, с тем, как в Западной Европе они были господствующими племенами и где тоже они создавали некую верхушку и со временем растворялись?

А.Виноградов: Да, отчасти можно было бы, да и не только с Европой, но и с Русью, где скандинавы дали имя - Русь и династию, а все остальное, наоборот, растворилось. Но мы сейчас к этому только подходим, это не более, чем гипотеза. Для этого нужны массовые исследования антропологические этого крымского материала. И тогда мы можем говорить.

Понимаете, там еще проблема - даже археологические коллекции растащены. Часть лежит в Киеве, например. Крымские коллеги не могут поехать в Киев и изучать там эти коллекции. Киевские коллеги, не считая тех, кто во всем ищет «прото-укров», а нормальные, не могут поехать в Крым и сравнить это с крымским материалом. Еще проблема - все-таки, мы сегодня без политики не обойдемся - как в Крым приехать специалистам по ДНК. Пока это могут сделать только российские, хотя, вроде, тут какие-то датчане засобирались в Крым, заниматься ДНК-исследованиями. Но это пока - дело будущего, пока это - осторожная гипотеза, поэтому я боюсь сравнивать.

Вопрос: Скажите, к какому времени относятся южнобережные готские могильники?

А. Виноградов: У них нет точной датировки, потому что более точную датировку можно получить, если есть керамика в погребениях, а это не всегда бывает. Но, так скажем - до VII века. Там образцовый Лучистинский могильник, а вот самый богатый и нетронутый могильник Алония мы, по сути, потеряли. Если совсем интересно, я отсылаю вас к книгеАлександра Ильича Айбабина «Этническая история ранневизантийского Крыма» (Симферополь: ДАР, 1999), там указаны все могильники, все даты.

Вопрос (продолжение): Я так понимаю, что могильник у Лучистого - это крайний на восток?

А. Виноградов: Да, я дальше могильников готских не припомню. Но дальше уже - Боспор, а там мы знаем, что были готы, более того, мы знаем, что готы были и на восточном берегу Керченского пролива, на территории нынешнего Таманского полуострова, и на территории современной Анапы, по-видимому. По крайней мере, анонимный источник говорит о некоем народе «евдусиан», который прямо связан с одним из германских народов, который у Тацита назван, который «говорит на готском и таврском языке».

Что такое «таврский язык» - это загадка, скорее всего, речь идет о тюркском языке, а что касается языка готского, то там прямо сказано. И мы знаем, что там были готы-тетракситы, для которых император Юстиниан в середине VI века занимался устройством епархии. Так что в принципе Лучистое не надо воспринимать как конец. Это длинное звено этой цепи.

Другое дело, что средневековый Боспор изучен очень плохо. Раскопки в средневековом городе ведутся очень точечно, потому что это - нынешний центр города, там сложно копать. А гора Митридат, которую принято воспринимать как центр города, это, на самом деле, античный город, и в средние века там был могильник, который археологи-античники ужасно проносят, то есть, мало им занимаются. И я бы не говорил, что Лучистое - это конец. Скорее, это связующее звено между южно-бережными готам и боспорскими готами.

Вопрос (продолжение): А сколько вообще есть южнобережных могильников? Южнее от главной гряды в сторону моря?

А.Виноградов: Я вам не скажу сразу. Два крупнейших я вам назвал. Точно скажу, что, вроде бы, меньше десятка их раскопано, но я не археолог. Опять к книге Айбабина отсылаю, простите.

Вопрос: Можно ли немного подробнее о термине «клисуры»? Все-таки само слово «клисуры» означает теснину, очень тесный проход, горный проход по перевалу…

А.Виноградов: Да, да, я понял. У слова «клисура» два значения: то, что запирает какой-то проход, не обязательно что-то узкое, но то, что запирает. В средние века немного меняется значение: это минимальный военный округ во главе с клисурархом - небольшим офицерским чином - который представляет собой нечто вроде погранзаставы. Таких клисур было много, даже топонимически они сохраняются: по-видимому, к клисуре восходит название местечка Келасури под Сухуми.

Там, как мы теперь знаем, была очень важная стена, которая была построена персами в 560-е годы для защиты от северных племен, которые были союзниками византийцев, но потом она использовалась византийцами, и упоминается в грузинских источниках VIII века именно как клисура. В отдельном «Лингвистическом исследовании о языке Константина Багрянородного» С.Р. Тохтасьева будет материал по клисурам.

Вопрос: Я видел письмена греческие и письмена готские, вы показывали. Правильно ли я сделал вывод, что они абсолютно не родственные? Можно ли сделать вывод, что, так как греки, эллины жили там гораздо раньше, что готы именно пришлый народ, потому что языки по буквам вообще не похожи?

Б.Долгин: Простите, вы о письменности или о языках?

Вопрос (продолжение): О письменности.

А.Виноградов: Действительно - та письменность, которую я здесь продемонстрировал, это шрифт, специально созданный итальянской исследовательницей Карлой Фаллуомини, для передачи готских букв. Он ориентирован на готские рукописи. И он выглядит как нечто чуждое по сравнению с греческим шрифтом. Но не надо, на самом деле, так пугаться, потому что, если мы посмотрим поближе - вот они все буквы здесь. Некоторые по форме различаются: дельта, альфа по форме несколько иная, омикрон с усиками.

Некоторые буквы созданы для передачи звуков, которых не было в греческом языке. Например, эта «йе» - она восходит к рунической букве. И еще таких же пара букв. «R» почему-то приняла форму латинской, «F» - тоже, поскольку греческая «эф» изначально звук «пх», а поэтому она не была похожа на готскую «эф», поэтому была выбрана латинская «эф» в качестве буквы.

Вульфилой или каким-то неизвестным лингвистом была проведена какая-то работа по оценке, скажем, звуков готского языка, и дальше приспособили какие можно - греческие буквы, какие - нет. Это не единственный случай. Возьмем коптское письмо: какие могли, то приспособили греческие буквы, какие не могли - добавили копты свои буквы. В этом смысле очень похожа история создания алфавита. Еще пример: буква «у» - такая прямая палочка и наклонная, иногда две почти прямые палочки.

В греческом языке не было буквы «У», там она выражалась дифтонгом - о-микрон и ипсилон, и здесь, чтобы не писать две буквы, они придумали одну. Это случай изобретения буквы для чего-то такого нового. Но готский язык не очень богат в фонетическом отношении, это вам не адыгский язык, где может быть 60 согласных.

Видимо, это был какой-то знак их идентичности - они помнили о том, что они - готы, используя его наравне с греческим. Может быть, у них было богослужение на готском языке, как пишет Валафрид Страбонд, и тогда они писали вот эти знаки, заглавные буквы, двойными сплошными, видимо, существовала какая-то культура рукописания, вероятно, у них были какие-то тексты на пергамене. Но этого всего, я боюсь, мы никогда не найдем, оно не вернется к нам.

Б. Долгин: Соответственно, это не вопрос о близости или не близости языков, греческого и готского?

А. Виноградов: Да, да, речь идет о том, что языки совершенно разные, хотя оба - индоевропейские, что один, что другой. А вопрос в том, что шрифт ориентируется на специфические рукописи.

Вопрос: Я так понимаю, что можно говорить о том, что слово «клисура» относится к военно-топографической лексике? И употребляется в тех случаях, когда речь идет о стратегических местах?

А.Виноградов: Да, да. О стратегических местах, которые надо перекрывать. У Прокопия это термин стратегического прохода, который перекрывается, а потом уже это нечто маленькой погранзаставы.

Вопрос: Правильно ли я понимаю, что сейчас главенствующей является гипотеза того, что готы - это выходцы с севера: скандинавы и северо-германские племена?

А.Виноградов: Это сложнее. Несомненно, готы пришли с южной Балтики, в этом у нас сомнений нет. Проследить можно. А вот дальше мы сталкиваемся с миром самих готских легенд о том, откуда они пришли, и жили ли они в Скандинавии и потом оттуда, «откуда происходят все народы», как пишет Иордан, они пошли на юг, либо, наоборот - вторичное заселение было оттуда. Вопрос дискуссионный, мне в него влезать не хочется, потому что наши крымские готы уже явно не знали, откуда они пришли. И все рассказы про «страну Ойум» мы уже не можем расшифровать.

При том, что всё это где-то близко к северному Причерноморью. Уж чего говорить, что они помнили про какую-то свою дальнюю прародину! Да, конечно, на территории Швеции есть Готаланд, гауты, которые упоминаются во всяких сагах… Понимаете, мы даже по-настоящему не знаем, кто были крымские готы - то ли это были остро-готы, или были это визи-готы. Про это можно почитать в книге Хервига Вольфрама о готах.

Предполагается, что часть готов разгромленного ост-готского королевства пришли в Крым, уходили они из этой зоны северо-западных причерноморских степей, черняховской культуры, о которой я говорил в самом начале, но доказать это сложно. Некоторые исследователи считают, что крымские готы были визи-готами.

Кроме того, говорить о готском языке, который у нас есть самостоятельно только из остро-готских памятников, но, вроде бы, Евангелие было создано для визи-готов, не для остро-готов. Я забыл сказал о том, что язык наших крымских надписей практически не отличается от языка Библии Вульфилы. Это практически тот же язык, что, в общем, понятно: два текста литературные, ориентируются на какую-то книжную норму.

Остальные - это прошения, но прошения церковного разлива, тут искать какие-то языковые отклонения сложно. Но нам удалось в нескольких случаях наблюдать один и тот же процесс сокращения долгого «и»: то, что в готском записывалось дифтонгом «э-и», у нас представлено только одной буквой «и», видимо, это отражает то, что сократилось из долгого в краткий.

Дело в том, что запись Бусбека тоже не лингвистическая, по ней сложно реконструировать некоторые фонетические процессы, связанные с готским языком. Поэтому, нельзя даже сказать, на каком языке сделаны эти надписи: на крымско-готском, который представлен у Бусбека с особыми этими словами - «сто» и «тысяча» иранскими, или на языке Библии Вульфилы.

Нельзя исключать, что у крымских готов в X веке была даже не диглоссия, то есть, они говорили на готском и греческом, а триглоссия или даже тетраглоссия: они пользовались бытовым греческим, литературным греческим, на котором было Евангелие и богослужение греческое. И они пользовались готским разговорным, который Бусбек фиксирует и готским литературным, на котором к тому времени уже, видимо, в таком виде не говорили. Ситуация может быть сложнее, чем нам представляется.

Знакомьтесь. Девушку на фото зовут Семаде Мустафаева . Она - крымская татарка, живёт и работает в Бахчисарае.
Её страничка вконтакте:
http://vk.com/nariman_qizi

Согласитесь, внешность на первый взгляд, нетипичная для татар (ну какими мы их обычно себе представляем - или с монголоидными чертами или "турецкого" типа).

Но надо вспомнить, что крымские татары (равно как и их дальние родичи -казанские) вовсе не пришли из Монголии. Крымские татары - это микс всех народов, испокон веков проживавших в Крыму - начиная с полумифических тавров. Скифы, сарматы, греки, хазары, печенеги, половцы, генуэзцы. И в том числе, в их жилах течёт кровь и представителей славного германского племени готов (готы-тетраксиды), осевших на крымском полуострове со времён Великого переселения народов.

И стоявших у истоков создания средневекового княжества Феодоро-Мангуп , которое в Европе всегда ассоциировалось с готами (хотя там сильно было греческое влияние). Между прочим, это было последнее православное государство в Европе, павшее под ударами Османской империи в 1475 году.

Когда Ф.А. Браун в конце XIX в. занялся поисками остатков готского языка в Мариуполе (куда по приказу императрицы Екатерины Великой было переселено христианское население Крыма - прим. Тирополка ) и окрестностях, он не обнаружил здесь ни одного слова — впрочем, он работал там всего 10 дней. Зато ученому бросилось в глаза резкое различие между двумя этнотипами населения. Представители одной из групп были типичными греками: "среднего роста, не слишком крепкого телосложения, цвет лица смуглый, волосы черные, нос большой, с горбом, губы широкие" и т. п. И почти в каждой деревне жили говорившие также по-татарски, резко отличавшиеся от них люди, которые были "ростом повыше греков, стройнее, но вместе с тем более крепкого телосложения, глаза темно-голубые, красивого разреза, но не такие широкие, как у греков, волосы золотистого цвета, с рыжеватым оттенком в кудрях (т. е. на изгибе. — В.В.), цвет лица, как у всех блондинов, нежный, щеки и губы алые, нос короткий, прямой. Одним словом, это чисто готский тип" (Браун Ф.А., 1890, 84)

Именно влиянием готов часто объясняют крымско-татарский фенотип, представленный на фото (правда, не сильно распространённый, в основном среди этнографической группы озенбашлы ).

Глядя на фотографию Семаде мне сразу на память приходят строчки из "Слова о полку Игореве" о красных готских девах, играющих русским золотом, поющих время Бусово и месть лелеющих Шаруканью:

"Се бо готскія красныя дѣвы.. поютъ время Бусово, лелѣютъ месть Шароканю"

Ещё фото Семаде:

2.

Готы-тетракситы (отдельная группа крымских готов) упоминаются только Прокопием Кесарийским. До возвращения гуннов-утигуров они жили где-то в Восточном Крыму. «По ту сторону Меотийского Болота и его впадения в Эвксинский Понт, как раз на этом берегу, - пишет Прокопий, - и живут с древнейших времен так называемые готы-тетракситы... Значительно в стороне от них осели готы-везиготы, вандалы и все остальные племена готов» . Указывая, что готы-тетракситы жили «по ту сторону Меотийского Болота и его впадения в Эвксинский Понт», Прокопий Кесарийский имеет в виду западный берег Керченского пролива, т. е. восточное побережье Крыма. Это ясно из предыдущего параграфа «Войны с готами»: до перехода через Меотиду утигуры и кутригуры не имели «общения с людьми, которые обитали по ту сторону Болота и его устья» .

Более точная локализация готов-тетракситов дана Прокопием при описании возвращения гуннов-утигуров через Крымский полуостров и Керченский пролив после общего движения гуннских племен на запад: «Недалеко от Меотийского Болота они [гунны-утигуры] встретили так называемых готов-тетракситов. И сначала готы, устроив преграду из своих щитов против наступающих на них готов [следует понимать гуннов], решились отражать их нападение, полагаясь на свою силу и на крепость своих позиций; они ведь были самыми сильными из всех тамошних варваров. Кроме того, начало устья Меотийского Болота, где в то время обосновались готы-тетракситы, образует залив в виде полумесяца, окружая их почти со всех сторон, и поэтому дает для наступающих против них один, и при этом не очень широкий путь. Но потом (так как ни гунны не хотели тратить здесь на них время, ни готы никак не могли надеяться с достаточным успехом сопротивляться такой массе врагов) они вступили друг с другом в переговоры, с тем, чтобы, соединив свои силы вместе, совершить переход; они решили, что готы поселятся на противоположном материке у самого берега пролива, там, где они живут и теперь, и, став на дальнейшее время друзьями и союзниками утигуров, будут жить там все время, пользуясь с ними равными и одинаковыми правами. Вот таким образом основались здесь готы...» .

Мнения исследователей по вопросу о месте встречи гуннов-утигуров и готов-тетракситов разделились. С.П. Кондратьев при переводе «Войны с готами» неизвестно на каком основании указывает Перекопский перешеек. Его ошибку, исходя из сообщения Прокопия, вполне обоснованно исправляет Е.В. Веймарн, локализируя готов-тетракситов на выступающей в море северо-восточной части Керченского полуострова . Именно в этом месте «начало устья Меотийского Болота образует залив в виде полумесяца». Кстати, Керченский пролив здесь наиболее узкий и удобный для перехода. Таким образом, Прокопий относительно точно указывает место обитания готов-тетракситов в Восточном Крыму, где они жили «с древнейших времен» (вероятно, с III в.), до возвращения гуннов-утигуров (скорее всего, до V в.). В дальнейшем готы-тетракситы известны Прокопию на левом берегу Керченского пролива (на Тамани): «Рядом с теми местами, откуда начинается устье Болота, живут так называемые готы-тетракситы; они немногочисленны и тем не менее не хуже многих других с благоговением соблюдают христианский закон» . Готы-тетракситы были союзниками гуннов-утигуров, которые, выступая против кутригуров на стороне Византии, пригласили «себе на помощь из живших рядом с ними готов... две тысячи воинов...» .

В. Саханев , А.А. Васильев , М.А. Тиханова и другие исследователи в качестве подкрепления свидетельства Прокопия приводят сообщение Псевдо-Арриана о том, что «от Синдской гавани до гавани Пагры прежде жили народы, называвшиеся керкеты или ториты, а ныне живут так называемые эвдусианы, говорящие на готском или таврском языке» . Возможно, речь идет о готах из Таврики, поэтому упоминается язык «готский или таврский». Под эвдусианами, вероятно, следует понимать жителей отмеченной Прокопием Эвлисии, которую, по его словам, «занимают варвары вплоть до так называемого "Меотийского Болота" и до реки Танаиса... Народы, которые тут живут... зовутся утигурами» . Однако новое место обитания готов-тетракситов Прокопий локализует у начала устья Меотиды, а Псевдо-Арриан («Объезд Эвксинского Понта») помещает эвдусиан «от Синдской гавани до гавани Пагры», т. е. от современной Анапы до Геленджика. Отмеченное несоответствие ставит под сомнение правильность отождествления готов-тетракситов с эвдусианами. Скорее всего, в источниках упомянуты две разные группы готских племен.

Вопрос об этимологии названия «тетракситы» неоднократно разбирался в работах отечественных и зарубежных исследователей . Наиболее распространенным является мнение, что в основе слова тетракситы (τετραξιται) лежит числительное «четыре» (по-гречески - τετρακισ). Такое название они получили вроде бы из-за деления на какие-то четыре группы, племени или общины. Это мнение подкрепляется свидетельством Прокопия Кесарийского о том, что на двадцать первом году правления императора Юстиниана I готы-тетракситы «прислали в Византию четырех послов, прося дать им кого-либо в епископы...» . Возможно, от каждой из четырех групп был выделен посол. Деление готов-тетракситов на группы или общины могло соответствовать их этнической неоднородности. В таком случае понятно уточнение «тетракситы» к общему названию «готы» (т. е. племена разноэтничного готского союза). Однако серьезные возражения против рукописной традиции употребления названия «тетракситы» высказал А.А. Васильев, сопоставивший различные издания Прокопия . Особый интерес представляет то, что в целом ряде рукописей вместо «тетракситы» употреблено название «трапезиты» (τραπεξιται). Причем «трапезиты» встречаются в гораздо большем количестве рукописей, так что, по мнению А.А. Васильева, это название вполне могло бы попасть в текст вместо разночтения «тетракситы».

Происхождение названия «трапезиты» обычно связывают с упомянутой Страбоном горой Трапезунт, которую отождествляют с Чатырдагом . По сообщению Иордана, в Северном Причерноморье существовал город Трапезунт: «С той своей стороны, которой Скифия достигает Понтийского побережья, она охвачена небезызвестными городами: это - Борисфениде, Ольвия, Каллиполида, Херсона, Феодосия, Карсон, Мирмекий и Трапезунта, основать которые позволили грекам некоторые скифские племена, с тем, чтобы греки поддерживали с ними торговлю» . Этот же перечень городов (без Мирмекия) дважды повторен Равеннским Анонимом . Данные сведения позволили А.А. Васильеву предположить, что город Трапезунт существовал в Крыму на горе Чатырдаг. Здесь же, по его мнению, было первоначальное расселение готов-трапезитов.

Но это предположение противоречит сообщению Прокопия Кесарийского. Город Трапезунт у Иордана и Равеннского Географа стоит на последнем месте в списке. Комментируя цитированный выше отрывок из «Гетики», Е.Ч. Скржинская полагает, что Трапезунт не случайно поставлен восточнее Мирмекия, так как речь идет о каком-то прибрежном пункте готов-трапезитов. Однако Иордан указывает, что перечисленные им города основаны греками, причем многие из них погибают именно в период грабительских походов племен готского союза. Вместе с тем совершенно неизвестно, какой именно Трапезунт он упоминает. Не исключено, что этот список городов заимствован у какого-нибудь более раннего автора и вряд ли может играть решающую роль при локализации готов-трапезитов. Это название группы готов, по нашему мнению, следует сопоставить с известным походом варваров на малоазийский Трапезунт, совершенным в 257 г. на боспорских судах . По сообщению Зосима, это были бораны или вораны , а по свидетельству епископа Неокесарии Понтийской Григория - готы и ворады . Большое значение для успеха варваров имела поддержка народных масс, переходивших на сторону готов и боранов. Этот факт отражен в послании епископа Неокесарии Понтийской Григория епископу Трапезунта: «А тем, которые в плену присоединились к варварам и вместе с ними нападали, забыв, что были понтийцами и христианами, и ожесточились до того, что убивали своих единоплеменников или палками, или через повешение, а также указывали дороги и дома незнакомым с местностью варварам - таковым должно преградить вступление в число верующих» .

Взяв Трапезунт, сообщает Зосим, «варвары овладели бесчисленным множеством сокровищ и пленных; ибо почти все окрестные жители собрались в этот город, как в безопасное убежище. Истребив храмы и жилища и вообще все, что служило к украшению или увеличению города, а затем опустошив и всю его область, варвары возвратились на родину с огромным количеством кораблей» . Вполне возможно, что, как и после первого похода (256 г.), они вернулись к Боспору, где и поселились, получив прозвище «трапезиты» за столь успешное нападение на Трапезунд - крупный и широко известный малоазийский центр. Это название могло закрепиться за ними и по той причине, что к готам и боранам, по свидетельству епископа Неокесарийского, присоединились местные жители, помогавшие варварам. Кроме того, в Трапезунте было захвачено много пленных. А слово «τραπεζιται», собственно, и означает «жители Трапезунта» или «выходцы из Трапезунта». В пользу нашего предположения может свидетельствовать и сообщение Прокопия Кесарийского о том, что готы-тетракситы (трапезиты) «не хуже многих других с благоговением соблюдают христианский закон». А ведь присоединившиеся к готам и боранам малоазийцы, участвовавшие вместе с ними в грабежах, «были понтийцами и христианами». Христианами были и пленники, захваченные варварами в Трапезунте.

Вопрос о начале распространения христианства среди готов рассматривается именно в связи с готскими нашествиями III в. и захватом христианских пленников, о чем сообщают источники . На первом Вселенском соборе в Никее в 325 г. присутствовали и оставили свои подписи несколько епископов из Крыма: Филипп Херсонский, митрополит Готии Феофил и Кадм Боспорский . Среди 318 подписей имя готского митрополита Феофила занимает предпоследнее место перед именем боспорского епископа Кадма, следовательно, указанная Готия должна находиться где-то около Боспора, в Восточном Крыму. Не исключено, что Готию можно связать с готами-трапезитами.

О том, что у готов-тетракситов (трапезитов) был епископ, а следовательно - епископия, хорошо известно из ранее приведенного сообщения Прокопия . Вероятно, именно здесь, в Восточном Крыму, или на Тамани мог существовать какой-то населенный пункт, известный Иордану и Равеннскому Анониму под названием Трапезунд.

Таким образом, письменные источники дают некоторое представление о готах восточной части Крыма и Тамани. Об этом свидетельствуют и археологические находки. В первую очередь следует назвать Черняховскую керамику, хранящуюся в Керченском историко-археологическом музее (гончарные лощеные и нелощеные миски открытого и закрытого типов, из которых особенно типичны большая миска-ваза, украшенная в верхней части пролощенным орнаментом в виде сетки; характерный чернолощеный кувшин с биконическим туловом, верхняя часть которого граненая и орнаментирована штрихами в местах соединения плоскостей; сероглиняные горшки и т. и. , а также Черняховские фибулы (двучленные прогнутые подвязные с узкой ножкой и вертикальной пластинкой для удерживания пружины и небольшие двупластинчатые, в основном - из погребений Боспора ), умбоны т. и. пшеворского типа и рукоятки от деревянных щитов, отнесенные Н.И. Сокольским к группе защитного вооружения боспорского войска . Эти вещи появляются в Крыму только со времени известных грабительских походов племен готского союза и дают основание предполагать, что какая-то часть Черняховских племен в III-IV вв. проникает в Таврику . К раннесредневековым готским древностям Боспора можно отнести большие ромбические и орлиноголовые пряжки - характерные детали женского германского костюма . Не исключена возможность, что со временем отыщутся более явные следы обитания готов в Восточном Крыму и на Тамани.

Примечания

Причем Зосим в других разделах своего сочинения, как и епископ Григорий, упоминает боранов (воранов) вместе с готами, добавляя к ним карпов и уругундов .

  Крымские готы бесследно пропали в XVII веке — после завоевания полуострова турками-османами. Куда ушёл целый народ? Каким был его язык? Историкам крымские готы оставили много работы.

  ГОТЫ И ГОТИЧЕСКОЕ. Некоторые учёные считают, что Великое переселение народов спровоцировали именно готы , вытеснившие вандалов и ругов с их земель. Готы разговаривали на германском языке — готском, а в IV веке легендарный епископ Вульфила создал для них готский алфавит, а вскоре и перевёл Библию, так как именно готы стали первыми германскими племенами, принявшими христианство.

Готы прославились тем, что сокрушили римские легионы, захватили Рим и покорили множество земель, за что впоследствии эпоха Ренессанса, преклоняющаяся перед античной классикой, отомстила им, сделав слово «готический» синонимом варварского и заклеймив последующие достижения всех германских народов.

  КРЫМ. НАЧАЛА. Переселившись к низовьям Вислы, готы запустили цепную реакцию. Под давлением варварских племён Римская империя быстро пала, и готы распространили своё влияние от Восточной Европы до Поволжья и Крыма.

В Крыму часть готов подчиняет себе аланов , одно из сарматских ираноязычных кочевых племён, после чего совместно с ними совершают набеги на полуостров. В исторических источниках того времени даже встречается память о таком тесном союзе двух народов — этноним «гото-аланы». Готы расселились по южной части Крыма и на Керченском полуострове.

Затем Европа была потрясена наступлением гуннов , или хунну, — кочевников из Азии. Готы в это время находились между византийскими владениями, в частности крупнейшим городом Херсонесом, и гуннами. Оплотом Готии стала крепость Дорос, после завоевания хазарами и до наших времён называемая Мангуп-кале — огромный пещерный город, до сих пор являющийся туристической меккой Крыма.

Изолированное горное плато было снабжаемо питьевой водой из горных источников и потому являлось уникальной — наполовину искусственной, а наполовину природной — фортификацией.

У крымских готов был надёжный союз с Византийской империей, из которой на полуостров стекалась интеллектуальная элита Византии, бегущая от преследований иконоборцев: образованные монахи, а однажды даже сосланный император Юстиниан II. Иноземцы называли их государство «страной сорока замков».

С XII века готы начинают платить дань татарам и половцам : даже в «Слове о полку Игореве» крымские готы описываются как народ, тяготящийся чужеземным игом. Несмотря на тяжёлые времена, они продолжали заниматься торговлей, и до нас дошли даже упоминания об их торговых контактах с Новгородом (XII век). Общемировая перестановка сил затрагивает хороших соседей крымских готов, византийцев, с которыми начинает конкурировать Трапезундская империя.

Тем временем земли у Кафы (современная Феодосия) покупают генуэзские колонисты, а затем при помощи договора с ханом Мамаем основывают там небольшое княжество Феодоро, называемое ещё «Княжество Готия», вытеснив самих готов ближе к горам.

Территория крымских готов с этого момента простиралась от Балаклавы до Алушты — древних Ямболи и Алистона, а важнейшие крепости перешли в руки генуэзцев. Так Готия разделилась на две части, но упорные готы не сдались в этой борьбе и продолжали строить крепости — исары — и возвращать назад свои земли.

Крымские готы показывали себя и как успешных политиков, заключив брак княжеской дочери с императором Трапезунда. Однако после немногочисленных побед Готия терпит сокрушительное поражение: турки берут в 1475 году Кафу (в настоящее время сохранилась крепость), а затем осаждают Мангуп, что приводит к разрушению государства крымских готов.

Край приходит в упадок, оказавшись на окраине турецких земель, а готский княжеский род сохраняется в боярской семье Головиных — готских князей-эмигрантов, живших в Москве. Готы-крестьяне тем временем продолжали изолированно жить в горах и ассимилировались лишь спустя века.

  ТАЙНА КРЫМСКИХ ГОТОВ. Несмотря на то, что после IX века слово «гот» стало личным именем и археологам не удавалось найти каких-либо более новых, непосредственно готских источников, о крымских готах было известно благодаря историческим документам стран-соседей.

Но судьба готов не закончилась с падением их государства в XV веке. Посланник австрийского императора Фердинанда, барон Ожье Гислен де Бусбек, в конце XVI века в своём письме упоминает, что однажды во время дипломатической миссии в Османской империи он встретил в Стамбуле одного человека, утверждавшего, что он крымский гот. Он забыл свой родной язык, однако его спутник, грек, якобы владел крымско-готским языком, и после краткой беседы Бусбек составил небольшой крымско-готский словарь, являющийся единственным письменным памятником этого языка, похожего на готский времён Вульфилы.

). Ареал расселения готов в Крыму также не до конца ясен. В разное время они обитали на Керченском полуострове и в южной части Крыма, которая впоследствии именовалась Готия (средневековое христианское княжество Феодоро).

Появление и жизнь готов в Крыму

Готы оказались в Крыму в ходе миграций поздней античности , в III веке нашей эры. Вероятнее всего, по языку и культуре крымские готы были ближе к своим соседям остготам , жившим в северном Причерноморье, нежели к вестготам . В Крыму готы быстро захватили и ассимилировали остававшихся там скифов и заняли весь полуостров, кроме Херсонеса . В конце III века готы взяли под контроль Боспорское царство и встроились в его элиту, сохраняя традиции военной демократии . Отряды готов нанимались на службу к Римской империи, участвовали в различных военных походах. Среди готов быстро распространилось христианство (арианство). К середине IV века после упадка Боспорского царства готы стали главной политической силой на полуострове.

Се бо готские красные девы въспеша на брезе Синему морю (т. е. Азовскому). Звоня рускым златом, поют время Бусово, лелеют месть Шаруканю.

Тем не менее до полного порабощения дело и на этот раз не дошло. Готы не только продолжали заниматься традиционными видами деятельности, но и торговали, нередко пересекая с ценным товаром половецкие степи. Так, в «Житии Антония Римлянина» мы встречаем известие о прибытии в Новгород в первой половине XII в. некоего крымского гота, владевшего греческим и русским языками (Новгородские летописи, 1879, 187-188), из чего можно сделать вывод, что гость посещал русские земли неоднократно, то есть между двумя единоверными государствами связи были более или менее постоянными.

В XIII-XIV вв. в истории готов все большую роль начинают играть генуэзцы, основавшие в 1266 г. колонию в Кафе и купившие у татар обширную прилегающую территорию. Они продвигались вдоль Южного берега, а с 1365 г. стали вне конкуренции в торговле и политическом влиянии в этой части Крыма. И в 1380-х гг. они договорились с ханом Мамаем о разделе Крыма; готы получили при этом территорию от Балаклавы до Алушты, за исключением ряда крепостей: Форы (Форос), Хихинео (Кикинеиз), Лупико (Алупка), Мусакори (Мисхор), Ореанда, Джалита, Сикита (Никита), Горзовиум, Партените, Ламбадие (Биюк-Ламбат и Кучук-Ламбат), Луста (Алушта), оставшихся за генуэзцами (Малицкий Н. В., 1933, 6). Новая область стала при этом называться «Капитанство Готия » (Капитанатус Готиэ). Ясно, что итальянцы получили лишь узкую полоску берега; горы и леса к северу от Ялты, сердце старой Готии, остались в целости и независимости. Во главе её по-прежнему остался князь (он мог быть и греческого происхождения), обязанный данью татарам и вассалитетом Трапезунду . О сохранении им власти согласно свидетельствует надпись 1427 г. на плите из Каламиты: «Князь Алексей из Феодоро воздвиг крепость и церковь Св. Константина и Елены» (Малицкий Н. В. , 1933, 25 - 32). Этот же князь Алексей позднее положил начало возврату приморских земель. Умный и энергичный политик, он стал инициатором тесного сотрудничества Феодоро с крымским ханом, также опасавшимся и генуэзцев, и стамбульских турок. При нем было возвращено прежнее значение захиревшему было порту Каламите, расширены границы города. За год до смерти (1434 г.) князь вернул готам бухту Символов (Балаклавская) и крепость Чембало, отнятую у них генуэзцами за 66 лет до того. Борьба за побережье продолжалась и позже, чему способствовал рост престижа княжеского дома - дочь князя вышла замуж за Давида Комнина, ставшего вскоре императором Трапезунда. «Сеньором Феодоро» стали итальянцы именовать уже сына Алексея, занявшего престол отца (его имя до нас не дошло, но татары именовали молодого властителя Олу-бей, то есть Большой князь). Князем величали его и русские. Брак с членом княжеского дома, близкородственного константинопольским Палеологам и трапезундским Комнинам, отныне мог считаться честью для представителя любой христианской династии - и мангупская княжна, дочь Олубея, стала женой Стефана Великого, а Иван III вел переговоры с князем Исайко , её братом, о браке другой княжны с московским царевичем. Укрепив таким образом свои политические позиции, князья Феодоро могли после завоевания Константинополя турками (1453 г.) вступить в серьезный конфликт с итальянцами. Генуэзцы разработали план полного подчинения себе готов. В конфликте победили германцы, и уже в 1458 г. в официальном документе, составленном в канцелярии Кафского консулата, готский князь (Dominus theodori) был признан одним из четырех «черноморских государей» (Braun F., 1890, 34). Это свидетельствовало и о признании того важного факта, что, опираясь на мощную армию, готы, эти прирожденные мореплаватели, вернули себе значительную часть южнобережных крепостей и портов.

Однако этот всплеск былого величия Готии был последним перед её окончательным падением. В 1475 г. Кафу взяли турки; осадили они и Мангуп. Установив на примыкавших к главным воротам высотах легкую и осадную артиллерию, они подвергли столицу непокорных готов разрушительному обстрелу - впервые в её истории. Тем не менее она держалась около трех месяцев и сдалась, лишь когда иссякло продовольствие. Турки, обещавшие помиловать горожан, устроили дикую резню - об этом говорят братские могилы казненных мангупцев. Тем не менее княжеский род уцелел; сохранился и старый титул князей. Мы встречаем их имена в числе вассалов султана и послов Стамбула в Москву: князя Кемальби, его сына Мануэля, очевидно христианина (Карамзин Н. М., т. I, с. VII, примеч. 105), в Москве же проводит последние годы жизни князь Скиндер (Александр) Мангупский (там же, с. VII, 115, примеч. 233, 235, 236). Но это уже был последний упомянутый в известных нам источниках князь, хотя линия их продолжалась в боярских родах Головиных и Ховриных - сын мангупского князя Стефана Ховры (ум. в 1400 г.), брат топарха Алексея (ум. в 1428 г.), стал членом этого рода (Бархатная книга , 1797, 270). Само же княжество безвозвратно пало; города Мангуп, Чембало, Каламита и все их земли вошли в Мангупский кадылык султана; Каламиту при этом переименовали в Инкерман, Чембало - в Балаклаву, столицу же - в Мангуп-Кале. Последняя сохранила своё значение лишь как крепость; торговля и ремесло здесь быстро пришли в упадок. Виной тому было её новое, периферийное положение - вдали от турецких торговых магистралей. Город дважды выгорает - в 1493 и 1592 гг. … Однако в столице и других городах готское население отнюдь не представляло собой всего народа и даже большей части его. Основная масса готов-крестьян в отличие от горожан, не подвергшихся в XV в. ни эллинизации, ни тюркизации, продолжала жить в глухих горных селениях, поддерживая минимальные связи с внешним миром, сохраняя свою древнюю культуру, свой язык. Процесс ассимиляции крымских готов продолжался несколько столетий. Последние эпиграфические данные о готах в Крыму относятся к IX веку , к этому времени слово «гот» превратилось в личное имя (вероятно, указывавшее на происхождение). Название «Готия» применительно к юго-западному Крыму продержалось на протяжении всего Средневековья . В частности, в XIII-XIV генуэзцы называли свои владения в западной части южного берега Крыма Приморской Готией (Gothia Maritima), также Готией часто именовалось княжество, более известное в исторической литературе как Феодоро . По словам минорита Вильгельма де Рубрука , следовавшего в 1253 году из Константинополя к татарам, он видел на южном побережье Крыма замки, в которых «было много готов, язык которых тевтонский (teutonicum )».

Расположенная в Крыму православная епархия Константинопольского патриархата носила название Кафинско -Готской вплоть до 1798 года , когда после выселения греков из Крыма в северное Приазовье (район Мариуполя) епархия была ликвидирована.

Крымские готы как объект криптоэтнологии

- писал Бусбек. На основании беседы-опроса Бусбек создал краткий словарь крымско-готского языка (около 80 слов). При этом, непосредственно Крымский полуостров Бусбек не посещал, а беседа происходила в Стамбуле . Собеседники сообщили Бусбеку, что крымские ханы набирают для своего войска из числа готов отряд пехоты численностью 800 человек.

В 1606 году энциклопедист-гугенот Жозеф Жюст Скалигер писал, что крымские готы читают Ветхий и Новый Завет «по буквам алфавита Вульфилы ».

Ни до, ни после Бусбека крупных письменных памятников готского языка в Крыму не было обнаружено. В греческой эпиграфике Крыма представлены немногочисленные реликтовые имена германской этимологии.

Последнее упоминание о потомках готов относится к концу XVIII века. Когда католический архиепископ Станислав Богуш-Сестренцевич , посещавший Крым и Мангуп в 1780-1790 годах, встретив там несколько семейств, язык, обычаи и внешний вид которых отличался от окрестных племён, - пришёл к выводу, что это готы.

См. также

  • Сувук-Сув (Суук-Су) - древний могильник, предположительно готский.
  • Феодоро - средневековое княжество с православным эллинизированным населением, в европейских источниках ассоциировавшееся с крымскими готами.

Напишите отзыв о статье "Крымские готы"

Примечания

Источники

  • . Книга познания мира.

Литература

  • Васильев A.A. Готы в Крыму. Известия ГАИМК. 1921.
  • Пиоро И. С. Крымская Готия. Очерки этнической истории населения Крыма в позднеримский период и раннее средневековье. - Киев: Лыбидь, 1990. - 200 с.
  • Айбабин А. И. Этническая история ранневизантийского Крыма /А. И. Айбабин. - Симферополь: Дар, 1999. - 475 с.
  • Заморяхин А. // Исседон: альманах по древней истории и культуре. - Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 2003. - Т. 2. - С. 171-183.
  • Вольфрам Хервиг Готы. От истоков до середины VI века (опыт исторической этнографии). - СПб.: Ювента, 2003. - 654 с.
  • Фадеева Т. М., Шапошников А. К. Княжество Феодоро и его князья. - Симферополь: Бизнес-Информ, 2005. - 280 с.
  • От киммерийцев до крымчаков: Сб. Под ред. И. Н. Храпунова, А. Г. Герцена. - Симферополь: Доля, 2006. - 288 с.
  • Щукин М. Б. Готский путь. Готы, Рим и Черняховская культура. - СПб.: Филологический факультет Санкт-Петербуржского государственного университета, 2006. - 576 с.
  • Ганина Н. А. Крымско-готский язык. - СПб: «Алетейя», 2011. - 288 с.
  • Скардильи П. Готы: язык и культура. - СПб.: Филологический факультет Санкт-Петербургского государственного университета, 2012. - 388 с.
  • Rich. Loewe Die Reste der Germanen am Schvarzen Мееге. - Наllе. 1896.
  • Heather, Peter J. The Goths. - Blackwell. 1998. pp. 52-55.
  • Heather, Peter J. The Goths in the Fourth Century. - Liverpool University Press, 1991.
  • Kulikowski, M. Rome"s Gothic Wars: From the Third Century to Alaric. - Cambridge Univ. Press. 2006. pp. 111.
  • Wolfram, H. (Thomas J. Dunlop, tr) History of the Goths. - Univ. of California Press. 1988. pp. 261.

Отрывок, характеризующий Крымские готы

– Вот пишет, – говорила она, показывая сыну письмо князя Андрея с тем затаенным чувством недоброжелательства, которое всегда есть у матери против будущего супружеского счастия дочери, – пишет, что не приедет раньше декабря. Какое же это дело может задержать его? Верно болезнь! Здоровье слабое очень. Ты не говори Наташе. Ты не смотри, что она весела: это уж последнее девичье время доживает, а я знаю, что с ней делается всякий раз, как письма его получаем. А впрочем Бог даст, всё и хорошо будет, – заключала она всякий раз: – он отличный человек.

Первое время своего приезда Николай был серьезен и даже скучен. Его мучила предстоящая необходимость вмешаться в эти глупые дела хозяйства, для которых мать вызвала его. Чтобы скорее свалить с плеч эту обузу, на третий день своего приезда он сердито, не отвечая на вопрос, куда он идет, пошел с нахмуренными бровями во флигель к Митеньке и потребовал у него счеты всего. Что такое были эти счеты всего, Николай знал еще менее, чем пришедший в страх и недоумение Митенька. Разговор и учет Митеньки продолжался недолго. Староста, выборный и земский, дожидавшиеся в передней флигеля, со страхом и удовольствием слышали сначала, как загудел и затрещал как будто всё возвышавшийся голос молодого графа, слышали ругательные и страшные слова, сыпавшиеся одно за другим.
– Разбойник! Неблагодарная тварь!… изрублю собаку… не с папенькой… обворовал… – и т. д.
Потом эти люди с неменьшим удовольствием и страхом видели, как молодой граф, весь красный, с налитой кровью в глазах, за шиворот вытащил Митеньку, ногой и коленкой с большой ловкостью в удобное время между своих слов толкнул его под зад и закричал: «Вон! чтобы духу твоего, мерзавец, здесь не было!»
Митенька стремглав слетел с шести ступеней и убежал в клумбу. (Клумба эта была известная местность спасения преступников в Отрадном. Сам Митенька, приезжая пьяный из города, прятался в эту клумбу, и многие жители Отрадного, прятавшиеся от Митеньки, знали спасительную силу этой клумбы.)
Жена Митеньки и свояченицы с испуганными лицами высунулись в сени из дверей комнаты, где кипел чистый самовар и возвышалась приказчицкая высокая постель под стеганным одеялом, сшитым из коротких кусочков.
Молодой граф, задыхаясь, не обращая на них внимания, решительными шагами прошел мимо них и пошел в дом.
Графиня узнавшая тотчас через девушек о том, что произошло во флигеле, с одной стороны успокоилась в том отношении, что теперь состояние их должно поправиться, с другой стороны она беспокоилась о том, как перенесет это ее сын. Она подходила несколько раз на цыпочках к его двери, слушая, как он курил трубку за трубкой.
На другой день старый граф отозвал в сторону сына и с робкой улыбкой сказал ему:
– А знаешь ли, ты, моя душа, напрасно погорячился! Мне Митенька рассказал все.
«Я знал, подумал Николай, что никогда ничего не пойму здесь, в этом дурацком мире».
– Ты рассердился, что он не вписал эти 700 рублей. Ведь они у него написаны транспортом, а другую страницу ты не посмотрел.
– Папенька, он мерзавец и вор, я знаю. И что сделал, то сделал. А ежели вы не хотите, я ничего не буду говорить ему.
– Нет, моя душа (граф был смущен тоже. Он чувствовал, что он был дурным распорядителем имения своей жены и виноват был перед своими детьми но не знал, как поправить это) – Нет, я прошу тебя заняться делами, я стар, я…
– Нет, папенька, вы простите меня, ежели я сделал вам неприятное; я меньше вашего умею.
«Чорт с ними, с этими мужиками и деньгами, и транспортами по странице, думал он. Еще от угла на шесть кушей я понимал когда то, но по странице транспорт – ничего не понимаю», сказал он сам себе и с тех пор более не вступался в дела. Только однажды графиня позвала к себе сына, сообщила ему о том, что у нее есть вексель Анны Михайловны на две тысячи и спросила у Николая, как он думает поступить с ним.
– А вот как, – отвечал Николай. – Вы мне сказали, что это от меня зависит; я не люблю Анну Михайловну и не люблю Бориса, но они были дружны с нами и бедны. Так вот как! – и он разорвал вексель, и этим поступком слезами радости заставил рыдать старую графиню. После этого молодой Ростов, уже не вступаясь более ни в какие дела, с страстным увлечением занялся еще новыми для него делами псовой охоты, которая в больших размерах была заведена у старого графа.

Уже были зазимки, утренние морозы заковывали смоченную осенними дождями землю, уже зелень уклочилась и ярко зелено отделялась от полос буреющего, выбитого скотом, озимого и светло желтого ярового жнивья с красными полосами гречихи. Вершины и леса, в конце августа еще бывшие зелеными островами между черными полями озимей и жнивами, стали золотистыми и ярко красными островами посреди ярко зеленых озимей. Русак уже до половины затерся (перелинял), лисьи выводки начинали разбредаться, и молодые волки были больше собаки. Было лучшее охотничье время. Собаки горячего, молодого охотника Ростова уже не только вошли в охотничье тело, но и подбились так, что в общем совете охотников решено было три дня дать отдохнуть собакам и 16 сентября итти в отъезд, начиная с дубравы, где был нетронутый волчий выводок.
В таком положении были дела 14 го сентября.
Весь этот день охота была дома; было морозно и колко, но с вечера стало замолаживать и оттеплело. 15 сентября, когда молодой Ростов утром в халате выглянул в окно, он увидал такое утро, лучше которого ничего не могло быть для охоты: как будто небо таяло и без ветра спускалось на землю. Единственное движенье, которое было в воздухе, было тихое движенье сверху вниз спускающихся микроскопических капель мги или тумана. На оголившихся ветвях сада висели прозрачные капли и падали на только что свалившиеся листья. Земля на огороде, как мак, глянцевито мокро чернела, и в недалеком расстоянии сливалась с тусклым и влажным покровом тумана. Николай вышел на мокрое с натасканной грязью крыльцо: пахло вянущим лесом и собаками. Чернопегая, широкозадая сука Милка с большими черными на выкате глазами, увидав хозяина, встала, потянулась назад и легла по русачьи, потом неожиданно вскочила и лизнула его прямо в нос и усы. Другая борзая собака, увидав хозяина с цветной дорожки, выгибая спину, стремительно бросилась к крыльцу и подняв правило (хвост), стала тереться о ноги Николая.
– О гой! – послышался в это время тот неподражаемый охотничий подклик, который соединяет в себе и самый глубокий бас, и самый тонкий тенор; и из за угла вышел доезжачий и ловчий Данило, по украински в скобку обстриженный, седой, морщинистый охотник с гнутым арапником в руке и с тем выражением самостоятельности и презрения ко всему в мире, которое бывает только у охотников. Он снял свою черкесскую шапку перед барином, и презрительно посмотрел на него. Презрение это не было оскорбительно для барина: Николай знал, что этот всё презирающий и превыше всего стоящий Данило всё таки был его человек и охотник.
– Данила! – сказал Николай, робко чувствуя, что при виде этой охотничьей погоды, этих собак и охотника, его уже обхватило то непреодолимое охотничье чувство, в котором человек забывает все прежние намерения, как человек влюбленный в присутствии своей любовницы.
– Что прикажете, ваше сиятельство? – спросил протодиаконский, охриплый от порсканья бас, и два черные блестящие глаза взглянули исподлобья на замолчавшего барина. «Что, или не выдержишь?» как будто сказали эти два глаза.
– Хорош денек, а? И гоньба, и скачка, а? – сказал Николай, чеша за ушами Милку.
Данило не отвечал и помигал глазами.
– Уварку посылал послушать на заре, – сказал его бас после минутного молчанья, – сказывал, в отрадненский заказ перевела, там выли. (Перевела значило то, что волчица, про которую они оба знали, перешла с детьми в отрадненский лес, который был за две версты от дома и который был небольшое отъемное место.)
– А ведь ехать надо? – сказал Николай. – Приди ка ко мне с Уваркой.
– Как прикажете!
– Так погоди же кормить.
– Слушаю.
Через пять минут Данило с Уваркой стояли в большом кабинете Николая. Несмотря на то, что Данило был не велик ростом, видеть его в комнате производило впечатление подобное тому, как когда видишь лошадь или медведя на полу между мебелью и условиями людской жизни. Данило сам это чувствовал и, как обыкновенно, стоял у самой двери, стараясь говорить тише, не двигаться, чтобы не поломать как нибудь господских покоев, и стараясь поскорее всё высказать и выйти на простор, из под потолка под небо.
Окончив расспросы и выпытав сознание Данилы, что собаки ничего (Даниле и самому хотелось ехать), Николай велел седлать. Но только что Данила хотел выйти, как в комнату вошла быстрыми шагами Наташа, еще не причесанная и не одетая, в большом, нянином платке. Петя вбежал вместе с ней.
– Ты едешь? – сказала Наташа, – я так и знала! Соня говорила, что не поедете. Я знала, что нынче такой день, что нельзя не ехать.
– Едем, – неохотно отвечал Николай, которому нынче, так как он намеревался предпринять серьезную охоту, не хотелось брать Наташу и Петю. – Едем, да только за волками: тебе скучно будет.
– Ты знаешь, что это самое большое мое удовольствие, – сказала Наташа.
– Это дурно, – сам едет, велел седлать, а нам ничего не сказал.
– Тщетны россам все препоны, едем! – прокричал Петя.
– Да ведь тебе и нельзя: маменька сказала, что тебе нельзя, – сказал Николай, обращаясь к Наташе.
– Нет, я поеду, непременно поеду, – сказала решительно Наташа. – Данила, вели нам седлать, и Михайла чтоб выезжал с моей сворой, – обратилась она к ловчему.
И так то быть в комнате Даниле казалось неприлично и тяжело, но иметь какое нибудь дело с барышней – для него казалось невозможным. Он опустил глаза и поспешил выйти, как будто до него это не касалось, стараясь как нибудь нечаянно не повредить барышне.

Старый граф, всегда державший огромную охоту, теперь же передавший всю охоту в ведение сына, в этот день, 15 го сентября, развеселившись, собрался сам тоже выехать.
Через час вся охота была у крыльца. Николай с строгим и серьезным видом, показывавшим, что некогда теперь заниматься пустяками, прошел мимо Наташи и Пети, которые что то рассказывали ему. Он осмотрел все части охоты, послал вперед стаю и охотников в заезд, сел на своего рыжего донца и, подсвистывая собак своей своры, тронулся через гумно в поле, ведущее к отрадненскому заказу. Лошадь старого графа, игреневого меренка, называемого Вифлянкой, вел графский стремянной; сам же он должен был прямо выехать в дрожечках на оставленный ему лаз.
Всех гончих выведено было 54 собаки, под которыми, доезжачими и выжлятниками, выехало 6 человек. Борзятников кроме господ было 8 человек, за которыми рыскало более 40 борзых, так что с господскими сворами выехало в поле около 130 ти собак и 20 ти конных охотников.
Каждая собака знала хозяина и кличку. Каждый охотник знал свое дело, место и назначение. Как только вышли за ограду, все без шуму и разговоров равномерно и спокойно растянулись по дороге и полю, ведшими к отрадненскому лесу.
Как по пушному ковру шли по полю лошади, изредка шлепая по лужам, когда переходили через дороги. Туманное небо продолжало незаметно и равномерно спускаться на землю; в воздухе было тихо, тепло, беззвучно. Изредка слышались то подсвистыванье охотника, то храп лошади, то удар арапником или взвизг собаки, не шедшей на своем месте.
Отъехав с версту, навстречу Ростовской охоте из тумана показалось еще пять всадников с собаками. Впереди ехал свежий, красивый старик с большими седыми усами.
– Здравствуйте, дядюшка, – сказал Николай, когда старик подъехал к нему.
– Чистое дело марш!… Так и знал, – заговорил дядюшка (это был дальний родственник, небогатый сосед Ростовых), – так и знал, что не вытерпишь, и хорошо, что едешь. Чистое дело марш! (Это была любимая поговорка дядюшки.) – Бери заказ сейчас, а то мой Гирчик донес, что Илагины с охотой в Корниках стоят; они у тебя – чистое дело марш! – под носом выводок возьмут.
– Туда и иду. Что же, свалить стаи? – спросил Николай, – свалить…
Гончих соединили в одну стаю, и дядюшка с Николаем поехали рядом. Наташа, закутанная платками, из под которых виднелось оживленное с блестящими глазами лицо, подскакала к ним, сопутствуемая не отстававшими от нее Петей и Михайлой охотником и берейтором, который был приставлен нянькой при ней. Петя чему то смеялся и бил, и дергал свою лошадь. Наташа ловко и уверенно сидела на своем вороном Арабчике и верной рукой, без усилия, осадила его.
Дядюшка неодобрительно оглянулся на Петю и Наташу. Он не любил соединять баловство с серьезным делом охоты.
– Здравствуйте, дядюшка, и мы едем! – прокричал Петя.
– Здравствуйте то здравствуйте, да собак не передавите, – строго сказал дядюшка.
– Николенька, какая прелестная собака, Трунила! он узнал меня, – сказала Наташа про свою любимую гончую собаку.
«Трунила, во первых, не собака, а выжлец», подумал Николай и строго взглянул на сестру, стараясь ей дать почувствовать то расстояние, которое должно было их разделять в эту минуту. Наташа поняла это.
– Вы, дядюшка, не думайте, чтобы мы помешали кому нибудь, – сказала Наташа. Мы станем на своем месте и не пошевелимся.
– И хорошее дело, графинечка, – сказал дядюшка. – Только с лошади то не упадите, – прибавил он: – а то – чистое дело марш! – не на чем держаться то.
Остров отрадненского заказа виднелся саженях во ста, и доезжачие подходили к нему. Ростов, решив окончательно с дядюшкой, откуда бросать гончих и указав Наташе место, где ей стоять и где никак ничего не могло побежать, направился в заезд над оврагом.
– Ну, племянничек, на матерого становишься, – сказал дядюшка: чур не гладить (протравить).
– Как придется, отвечал Ростов. – Карай, фюит! – крикнул он, отвечая этим призывом на слова дядюшки. Карай был старый и уродливый, бурдастый кобель, известный тем, что он в одиночку бирал матерого волка. Все стали по местам.
Старый граф, зная охотничью горячность сына, поторопился не опоздать, и еще не успели доезжачие подъехать к месту, как Илья Андреич, веселый, румяный, с трясущимися щеками, на своих вороненьких подкатил по зеленям к оставленному ему лазу и, расправив шубку и надев охотничьи снаряды, влез на свою гладкую, сытую, смирную и добрую, поседевшую как и он, Вифлянку. Лошадей с дрожками отослали. Граф Илья Андреич, хотя и не охотник по душе, но знавший твердо охотничьи законы, въехал в опушку кустов, от которых он стоял, разобрал поводья, оправился на седле и, чувствуя себя готовым, оглянулся улыбаясь.
Подле него стоял его камердинер, старинный, но отяжелевший ездок, Семен Чекмарь. Чекмарь держал на своре трех лихих, но также зажиревших, как хозяин и лошадь, – волкодавов. Две собаки, умные, старые, улеглись без свор. Шагов на сто подальше в опушке стоял другой стремянной графа, Митька, отчаянный ездок и страстный охотник. Граф по старинной привычке выпил перед охотой серебряную чарку охотничьей запеканочки, закусил и запил полубутылкой своего любимого бордо.
Илья Андреич был немножко красен от вина и езды; глаза его, подернутые влагой, особенно блестели, и он, укутанный в шубку, сидя на седле, имел вид ребенка, которого собрали гулять. Худой, со втянутыми щеками Чекмарь, устроившись с своими делами, поглядывал на барина, с которым он жил 30 лет душа в душу, и, понимая его приятное расположение духа, ждал приятного разговора. Еще третье лицо подъехало осторожно (видно, уже оно было учено) из за леса и остановилось позади графа. Лицо это был старик в седой бороде, в женском капоте и высоком колпаке. Это был шут Настасья Ивановна.

Похожие публикации